Возможности для развития

Возможности для развития

«Газпром нефть» может стать крупнейшей российской нефтяной компанией





Фотограф: Сергей Мелихов

«Газпром Нефть» может стать крупнейшей российской нефтяной компанией

«Сибирская нефть» продолжает публикацию серии интервью с руководством «Газпром нефти». Заместитель генерального директора компании по разведке и добыче Борис Зильберминц утверждает, что у «Газпром нефти» есть все шансы стать крупнейшей российской нефтяной компанией и международным игроком.

Текст: Наталия Вялкина

— Борис Семенович, как человек, недавно пришедший в «Газпром нефть», как бы вы ее охарактеризовали?

— Если смотреть на компанию в целом, то важно отметить такой элемент, как корпоративная культура, которая сейчас только начинает формироваться. «Газпром нефть» ведь сравнительно молодая компания, здесь собрались специалисты с самым различным опытом работы. Причем каждый из пришедших специалистов может являться лучшим в своей области, но они пока сильны по отдельности, оркестра в целом, на мой взгляд, пока не получается. В принципе, это вполне объяснимо. Компания поменяла собственника, поменяла менеджмент, изменились и задачи. Если «Сибнефть» на протяжении последних нескольких лет готовили к продаже, то у «Газпром нефти» задачи совсем другие, это развитие и расширение географии присутствия. Естественно, это требует изменений, а компания у нас большая, поэтому происходят они не быстро, сейчас как раз переходный этап.

— А если говорить о курируемом вами блоке разведки и добычи?

— Что касается блока upstream (разведка и добыча. — СН), в настоящее время идет процесс реструктуризации. Например, недавно у нас появилась служба бурения, раньше ее в Корпоративном Центре не было, хотя больше половины всех инвестиций направляется в бурение. Важным моментом стало создание Научно-технического центра. Сегодня специализированные научные институты в России весьма загружены и не имеют возможности оперативно реагировать на изменения, происходящие в процессе разработки месторождений, а нам это жизненно необходимо для повышения эффективности геологоразведки и добычи. Здесь, опять же, можно вернуться к периоду, когда «Сибнефть» готовили к продаже: добыча была интенсивной, а вот геологическими моделями месторождений никто особенно не занимался, все это досталось нам, и теперь это направление работы — одно из приоритетных. То же самое относится и к вновь создаваемому направлению — развитию зарубежного бизнеса. Акционерами и руководством «Газпром нефти» была поставлена задача превращаться из российской в международную компанию, и работу в этом направлении мы начинаем уже сейчас. Сегодня у нас достаточно обширная ресурсная база, поэтому платформа для развития есть. Кроме того, статус государственной российской компании дает нам большие возможности для роста как в России, так и за рубежом.

— Ни для кого не секрет, что в «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегазе» падает добыча нефти. Какие будут приниматься меры для стабилизации добычи этой дочерней компанией и ее роста в будущем?

— Действительно, многие месторождения «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаза» находятся в третьей или в четвертой стадии разработки, когда добыча идет на спад, и главной целью работы на них являются уменьшение темпов падения и сокращение издержек. Растущих месторождений в активе «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаза» мало, и они небольшие. Кроме того, мы сейчас пожинаем плоды тех лет, когда главным приоритетом было увеличение добычи любой ценой, без внимания к геологии месторождений. При этом мы наметили ряд мероприятий, которые будут способствовать стабилизации добычи. Это ускоренный ввод новых месторождений, которые находятся на первой стадии разработки, поддержание месторождений, добыча которых находится на максимуме. Кроме того, мы будем существенно увеличивать объемы бурения, привлекать новых, хорошо оснащенных подрядчиков и использовать новые технологии. Это по новым месторождениям. А что касается старых, здесь делаем ставку, в первую очередь, на ремонтные работы. Фонд скважин с высокой обводненностью продукции у нас довольно большой, а ремонтно-изоляционных работ проводится крайне мало.

— А в перспективе «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» останется главным нефтедобывающим центром компании?

— Безусловно, Ноябрьск останется основным центром добычи нефти «Газпром нефти». У нас есть планы по развитию существующей ресурсной базы, но, безусловно, мы намерены наращивать ресурсы и за счет присоединения месторождений из нераспределенного фонда недр, и за счет приобретения активов других компаний.

— Какие причины побудили вас перейти из ЛУКОЙЛа в «Газпром нефть»?

— На решение повлияли несколько факторов. Во-первых, это объем деятельности. Если в «ЛУКОЙЛ Оверсиз» я курировал проекты в Казахстане с долевой годовой добычей 5 млн тонн нефти, то в «Газпром нефти» объемы добычи в десять раз больше. Во-вторых, свою трудовую деятельность я начинал именно в «Ноябрьскнефтегазе», геологом на Западно-Ноябрьском месторождении ТПДН «Холмогорнефть», и очень интересно было вернуться «к истокам». Кроме того, мои родители являются ветеранами объединения «Ноябрьскнефтегаз», проработав там более 20 лет каждый. В-третьих, это перспективы развития компании, ведь ОАО «Газпром» — одна из крупнейших энергетических компаний мира, и соответственно, у «Газпром нефти» есть все шансы стать крупнейшей российской нефтяной компанией и весомым международным игроком.

— Что касается Казахстана, у вас есть огромный опыт и знание этого региона. Как вы считаете, Казахстан перспективен для «Газпром нефти»?

— Я вижу очень хорошие перспективы. Рынок Казахстана привлекателен по многим факторам — это и существенная интеграция экономик Казахстана и России, и географическая близость, и общность менталитета. Наша компания уже присутствует на рынке Казахстана в сегменте поставок нефти и нефтепродуктов, наш Омский нефтеперерабатывающий завод находится практически на границе с Казахстаном. Кроме того, наша нефть сейчас поставляется на Павлодарский НПЗ в Казахстане, который по сути на 100% зависит от поставок российской нефти. Не так давно мы встречались с руководством национальной компании «КазМунайГаз» и выразили свой интерес в приобретении 49% компании «МангистауМунайГаз», которая осуществляет нефтедобычу на месторождениях на западе Казахстана и переработку нефти на Павлодарском НПЗ. Годовая добыча «МангистауМунайГаз» составляет около 5,7 млн тонн, а переработка — около 4 млн тонн. Кроме того, нам было бы интересно приобретение сети АЗС в Казахстане, где у нас уже есть дочернее сбытовое общество «Газпромнефть-Казахстан». Все это позволило бы создать существенный плацдарм для нашего дальнейшего развития. Мы считаем, что это было бы выгодно и для казахстанской стороны, которая получит в нашем лице стратегического партнера.

— Получается, что мы могли бы создать там вертикально интегрированную цепочку.

— Именно так. Плюс ко всему, там есть интересные объекты на шельфе Каспийского моря. А с учетом нашего желания получить опыт работы на шельфе, как раз там мы могли бы реализовать эти возможности.

— Если говорить о России, то какие регионы для компании сегодня являются приоритетными?

— Прежде всего, это те регионы нефтедобычи, где мы уже работаем. Это ЯНАО, ХМАО, Томская область. Из сравнительно новых регионов — это Ненецкий автономный округ и Восточная Сибирь. Конечно, огромный потенциал заключен в месторождениях «Газпрома» на севере Ямальского полуострова, которые мы планируем разрабатывать. Извлекаемые запасы нефти на них составляют около 400 млн тонн, что на пике позволит нам обеспечивать годовой объем добычи в 15–20 млн тонн, а это почти половина нашей текущей добычи.

— Перспективы работы в России, особенно в новых регионах и на новых месторождениях, напрямую зависят от эффективности системы налогообложения нефтяной отрасли. Не так давно правительство предложило внести изменения в систему начисления налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) — в частности, повысить необлагаемую налогом цену на нефть с $9 до $15 за баррель и ввести ряд льгот по уплате этого налога. Как вы считаете, достаточно ли этих мер?

— Специалисты «Газпром нефти» принимали активное участие в обсуждении и подготовке предложений по изменениям в действующую систему начисления НДПИ. Мы ратовали за более кардинальные изменения, ведь существующая в России система налогообложения не позволяет вводить в разработку новые месторождения и делает неэффективной добычу на старых, истощенных. Тем не менее то, что принято сейчас, — это хороший первый шаг, он показал, что правительство понимает ситуацию на рынке. Первый шаг вполне адекватный, но мы надеемся, что будет еще несколько шагов вперед.

— Как вы оцениваете потенциал «Томскнефти», 50% которой «Газпром нефть» приобрела в конце прошлого года?

—"Томскнефть" сейчас переживает тот же период, что и многие сибирские активы. Эксплуатация месторождений ведется довольно долго, и сейчас все наши усилия направлены на стабилизацию добычи на месторождениях. На 2008 год запланирован уровень добычи 11,7 млн тонн нефти, и мы намерены держать эту планку в течение ближайших лет. У «Томскнефти» большая ресурсная база, которую надо развивать. В этом вопросе у нас с нашим партнером «Роснефтью» полное взаимопонимание, и все лучшее, что у нас есть, мы будем применять и направлять в развитие «Томскнефти».

— А если говорить о других зарубежных направлениях, помимо Казахстана? Мы говорили о желании стать международной компанией, какие проекты и в каких странах рассматриваются сейчас?

— Я думаю, что самый ближайший выход на зарубежные рынки для нас — это Сербия и NIS, и через этот актив мы сможем выйти не только на рынок Сербии, но и на другие европейские рынки. Мы активно занимаемся рассмотрением возможных проектов в СНГ, в частности, в Казахстане, как я уже говорил, и в Туркменистане. Смотрим на потенциальное развитие иранского рынка, собираемся участвовать во всех тендерах, которые будут проводиться в Ираке. В обеих странах огромный потенциал добычи, и, безусловно, нам хочется там работать. Плюс к этому мы работаем «под крылом» «Газпрома», и когда идут переговоры в Латинской Америке и Венесуэле, мы тоже смотрим на возможное участие в разработке их нефтегазовых активов. Точно так же мы смотрим на Нигерию и Ливию, где хотели бы работать как часть группы «Газпром».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ