Крепость на берегах Невы

Крепость на берегах Невы

Археологические открытия на территории строительства «Охта центра»



Результаты раскопок

Фрагменты мушкетерского кувшина

Шведские монеты времен Ниеншанца

Фрагменты сумки, плетенной из бересты

Янтарные украшения эпохи неолита

Перстень бронзовый XVII века

Гельмфельтов бастион крепости Ниеншанц XVII века, обложенный дерновой кладкой, и ров Ландскроны, 1300

Расчистка деревоземляных укреплений Ландскроны, 1300

Топор в руках археологов

Фото: Валентин Илюшин

300 лет жизни Петербурга по сравнению с более чем тысячелетней историей европейских столиц — почти миг. Однако летопись этой земли ведется не со времен Петра I. XIV веком датируются находки археологов, работающих сейчас на месте, где «Газпром нефть» планирует возвести высотку «Охта центра».

Текст: Михаил Васильев

К самым масштабным в новейшее время раскопкам на Северо-Западе России привлечены почти все профессиональные археологи Петербурга, центральной части страны. Здесь работают даже специалисты из Прибалтики. «Для Петербурга это уникальное место, практически Троя!» — так охарактеризовал ценность находок для европейской истории глава петербургской археологической экспедиции Петр Сорокин. Кстати, созданию скандинавской крепости посвящен не менее любопытный эпос, чем «Илиада». Конечно, неизвестный автор древнешведских «Хроник Эрика» с литературной точки зрения с Гомером вряд ли может сравниться, но вот в плане исторических смыслов для нас это творение гораздо важнее.

Ландскрона

Советская историография не слишком любила писать о событиях, происходивших в древние времена на том месте, где сейчас планируется строительство высотки. Это несколько портило концепцию о Петре Великом, создавшем свою столицу «на берегу пустынных волн». Однако волны эти не были пустынными уже в начале XIV века. А по последним данным, полученным во время раскопок на территории Малой Охты, возможно, что и ранее здесь было новгородское поселение. Так или иначе, летом 1300 года шведы пошли на Неву большой силой. Возглавил поход, как пишут шведские источники, марскалк (маршал) Торгильс Кнутссон. Полководец был на тот момент регентом при малолетнем короле Биргере и фактическим правителем Швеции. За несколько лет до этого он основал город Выборг.

С помощью итальянского специалиста по постройке крепостей (Петр и тут не был оригинален с приглашением Трезини и Ко.) шведы буквально за несколько месяцев вырыли в устье Нюо и Черной реки (так они называли Неву и Охту) рвы и возвели стены. Попытка новгородцев помешать им провалилась — первый штурм еще недостроенной крепости шведы легко отбили.

Стены Ландскроны, срубленные из толстых бревен (камень с севера шведы привезти не успели), были высоки, а крепостные рвы, заполненные мутной водой, глубоки. Осенью того же года к стенам Ландскроны приступили новгородские войска под предводительством Великого князя Андрея Александровича, сына Александра Невского. И было при Ландскроне жестокое сражение, весьма неудачное для новгородцев. Войска новгородского князя отступили, и защитники Ландскроны вздохнули с облегчением. А Кнутссон отбыл в столицу, оставив в новой крепости гарнизон во главе с рыцарем Стеном. 200 воинов и 100 работников обосновались в крепости.

Но зимой в Ландскрону пришла цинга. «Дома мертвых стояли пустыми», болезнь косила ряды воинов. "Кликнуть марскалку про нашу беду. С веи тогда нам на помощь придут",— предлагали выжившие. Однако комендант крепости не захотел жаловаться всесильному Торгильсу, доверившему ему город. Он знал, что маршал будет гневаться. "Пусть сердце марска печаль не тревожит. Бог излечить нам недуги поможет«,— ответствовал Стен. Но к Ландскроне подошло новое войско новгородцев, значительно большее, чем в первый раз.

Начиная работу на территории крепости, археологи не ожидали, что находки и открытия будут столь значительными

Шведы падали на стенах один за другим. Последние спаслись в подвале крепости, где долго держались против превосходящих сил князя Андрея, приведшего на этот раз вместе с собой не только новгородцев, но и корелу и ижору. Весеннее половодье заставило сдаться захватчиков Невской земли.

Ниеншанц

Крепость Ландскрона продержалась меньше года. Русское поселение на этом месте прожило дольше. Но потом у Невской земли вновь сменились хозяева. После Столбовского мира в 1617 году к Швеции отошли все земли по течению Невы и побережью Финского залива, и тогда на Охте возник шведский город Ниен. А напротив него — крепость Ниеншанц, еще один источник информации для археологов. Достаточно быстро жители города Ниен стали чуть ли не самыми богатыми подданными шведской короны. Шведский канцлер Аксель Оксеншерна, фактический правитель Швеции на тот момент, решил заменить морской путь в обход мыса Доброй Надежды северным торговым путем, используя российские речные маршруты и древнейший Шелковый путь. «Челн убогого чухонца», конечно, на Неве по-прежнему можно было заметить, но его довольно быстро заменили десятки торговых кораблей — шведских, голландских, английских, гамбургских и русских.

В 1703 году Петр с большими силами подступил к шведским форпостам. А еще до того, в октябре 1702-го, Ниен был сожжен по приказу шведского военного командования — из опасения, что его строения могут быть использованы русскими войсками для прикрытия при штурме Ниеншанца. Многочисленные предметы быта, оставленные в постройках и найденные археологами, свидетельствуют о том, что эвакуация жителей происходила в спешном порядке.

Шведы долго держались в крепости, но уже понимали, что удержать ее вряд ли удастся. Взяв Ниеншанц, Петр распорядился срыть крепость. Как пишут летописи, царь «приказал срыть до основания завоеванный в 1703 году шведский Шанцер-Ние, или Ниеншанц, с тем чтобы прежние жители не могли оказывать какого-либо сопротивления. И царь, желая наблюдать это, самолично находился там на расстоянии примерно версты».

Невская земля открывает секреты

Начиная работу на территории крепости, археологи ожидали найти, возможно, остатки рва, валов, фортификационных сооружений, может быть, захоронения воинов, погибших во время штурма и осады Ландскроны. Но нашли археологи намного больше, чем ждали. Слои снимали поочередно. Сначала были обнаружены земляные рвы и стены крепости Ниеншанц (она возводилась на этом участке дважды — в первой и второй половине XVII века, причем о первом периоде информации было совсем немного), а глубже — уже остатки Ландскроны.

По словам Петра Сорокина, археологи действительно делают очень интересные находки. Сначала вскрыли участки бастионов Ниеншанца. Затем был обнаружен некий странный ров с архаичными деревянными укрепляющими конструкциями. После того как нашли второй ров, с еще лучше сохранившимися конструкциями и следами пожара, стало ясно, что это именно рвы Ландскроны, о которой вообще мало что было известно. Там же найдены многочисленные средневековые артефакты — наконечники стрел, в том числе и арбалетных, фрагменты стационарных баллист, которые использовались в крепостях. Много находок, связанных с XIII–XIV веками.

Например, был обнаружен серебряный византийский крест. Скорее всего, периода, когда русские войска штурмовали Ландскрону. Его нашли во рву — вполне возможно, что кто-то из обороняющихся шведов сбил его с русского воина.

«Когда мы начинали искать Ландскрону, то ожидали увидеть классическое мысовое городище. То есть крепость, построенную по всему периметру своеобразного острова, образовавшегося после того, как шведы прорыли между Невой и Охтой рвы. В хронике Эрика эта крепость описывается как фортификация с восемью башнями. Сейчас вырисовывается другая картина, — рассказывает господин Сорокин. — То, что мы обнаруживаем, это типичный замок того времени чисто прямоугольной формы, построенный по всем правилам средневековой фортификации. Единственное отличие от Выборгского замка, возведенного в те же времена, — он был построен из дерна и дерева, а не из камня. Наверное, шведы планировали закрепиться, но поблизости камня на Неве не было. Поэтому выборгскую крепость русские войска до Петра I взять так и не смогли, а Ландскрона прожила всего год».

Совсем недавно археологи нашли деревянную башню этой древней крепости размером 5×5 м. Основание башни находится ниже уровня Невы. Теперь ее освободят от земли, исследуют и законсервируют. Вероятнее всего, она станет одним из наиболее ценных экспонатов в музее археологии, который «Газпром нефть» планирует организовать в «Охта центре». Кстати, и работа археологов сегодня полностью финансируется инвестором проекта «Охта центр».

Все археологические находки станут экспонатами музея, который планируется организовать в «Охта центре»

В том же музее будут выставлены и другие экспонаты, обнаруженные археологами. Ведь и шведской крепостью, прожившей всего один год, дело не ограничилось. Считалось, что первой крепостью на этом месте была шведская Ландскрона, но обнаружились остатки сооружения, которые датируются серединой XIII века, на 50 лет старше. Вполне вероятно, что это было славянское поселение. А еще глубже Ландскроны ученые нашли следы сразу нескольких неолитических стоянок!

Работа экспедиции, которую Петр Сорокин характеризует как невиданную для Петербурга по масштабам, не прекращалась даже зимой — для археологов были установлены специальные обогреваемые тенты. А результаты раскопок заинтересовали даже шведов — в прошлом году в Петербурге побывали два десятка потомков канцлера Акселя Оксеншерны, «шведского Бисмарка».

Экскурсию для двух десятков шведских любителей истории проводил лично Петр Сорокин. Он показал гостям обнаруженные фрагменты бастионов Ниеншанца и найденные остатки рвов еще более ранней шведской фортификации. "Я считаю, что очень интересно, что именно здесь будет небоскреб. Надеюсь, что он будет построен и при этом не будет забыта и очень важная часть нашей истории. Хочется, чтобы она была как-то запечатлена«,— выразил надежду Габриель Оксеншерна. Богатая событиями история места, на котором будет расположен общественно-деловой район «Охта центр», действительно нашла отражение в архитектуре его высотной доминанты — основание башни повторяет пятилепестковую форму крепости Ниеншанц. Затем пять крыльев здания поэтажно поворачиваются на один градус относительно своих центров, уменьшаясь в размере по мере восхождения к вершине, тем самым создавая силуэт шпиля. В средних этажах план воссоздает абрис центрального корпуса верфи, основанной Петром I на этом же самом месте после разрушения Ниеншанца.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ