Иранский узел

«Газпром нефть» осваивает Ближневосточный регион, «закрытый»
для западных компаний















Министр нефти Ирана Голямхоссейн Нозари









Нефтяные месторождения Ирана

Фото: ИТАР-ТАСС, Reuters
Иллюстрации: Анастасия Ухина

«Газпром нефть» осваивает Ближневосточный регион, «закрытый» для западных компаний.

Текст: Евгений Третьяков, Зоя Разинская

ДЕНЬ ГНЕВА

«Шаха больше нет!» В январе 1979 года на улицах Тегерана царило ликование — ненавистный правитель покинул страну. К власти пришли исламисты во главе с Хомейни, в апреле была провозглашена Исламская Республика, а 4 ноября иранские «студенты» захватили американское посольство. С тех пор Иран, обладающий гигантскими запасами нефти и газа, — один из главных врагов западного мира.

В борьбе за черное золото национальные правительства Запада, равно как американские и европейские нефтегазовые компании, пережили немало горьких поражений, но такого позора, как в Иране, им вряд ли доводилось испытывать. Причем первый раз их выгнали из страны гораздо раньше 1979 года.

В конце сентября 1951 года аятолла Кашани объявил национальный праздник — День гнева к британскому правительству. Несколькими днями ранее правительство дало всем британским служащим, находящимся в Иране, неделю на сборы. Гнев иранского народа был направлен прежде всего на Англо-иранскую нефтяную компанию (АИНК), которая, по мнению иранских властей, несправедливо распределяла доходы. Ранее, весной 1951 года, был принят закон о национализации АИНК. Премьер-министром тогда же стал Мохаммед Мосаддык, известный своей антибританской позицией. По его указанию правитель провинции Хузестан у входа в офис Англо-иранской нефтяной компании принес в жертву барана, а затем объявил, что концессия аннулирована, а все имущество компании и вся нефть принадлежат народу.

Несколько месяцев спустя последние британские нефтяники покинули Иран — страну, чью нефтяную промышленность создавали с нуля. В ответ на национализацию Британия и США ввели экономические санкции против Ирана. Правление Мохаммеда Мосаддыка, фактически отстранившего от власти шаха, длилось два года и завершилось переворотом, организованным американскими спецслужбами. США и их союзники опасались, что Иран попадет под влияние СССР и они навсегда потеряют доступ к нефтяным запасам этой страны. Правда, сначала операция «Аякс», которой руководил в 1953 году Кермит Рузвельт, внук президента Теодора Рузвельта, практически провалилась. Шах Мохаммед Реза бежал из страны, но затем прошахским силам удалось поднять мятеж, и толпа встала на сторону опального монарха. До событий 1979 года он успел вернуть в Иран западных нефтяников. Впрочем, шах, несмотря на всю свою лояльность, доставил Западу немало проблем. Иран стал одним из самых активных участников ОПЕК и сыграл важную роль в энергетическом кризисе 1973 года.

НЕТРОНУТОЕ БОГАТСТВО

Битву за Иран американцы и британцы полностью проиграли исламистам. Как пишут историки, тогда в Вашингтоне просто не знали, как реагировать на стремительно менявшийся расклад сил в стране. Хомейни получил власть практически без сопротивления. Впрочем, американцы вряд ли отступятся от желания свергнуть ненавистный режим, тем более что борьба идет не только за престиж, но и за огромные углеводородные ресурсы.

По данным BP Statistical Review of World Energy, доказанные запасы нефти в Иране на конец 2008 года составляли 137,6 млрд баррелей — это примерно 11% всех мировых запасов черного золота. Для сравнения — запасы России, по данным того же источника, более чем в полтора раза меньше — 79 млрд баррелей. При этом Россия добывает в год около 480–490 млн тонн, а Иран всего 210 млн тонн.

Еще более впечатляющими выглядят иранские запасы газа, которые сопоставимы с запасами «Газпрома». По данным компании, запасы газа группы «Газпром» по категориям А+В+С1 на 31 декабря 2008 года составили 33,1 трлн кубометров. BP Statistical Review of World Energy оценивает доказанные запасы Ирана на конец прошлого года в 29,61 трлн кубометров (примерно 16% мировых запасов). Но если в России, по информации ВР, в 2008 году добыто около 602 млрд кубометров, то в Иране всего лишь около 116 млрд. Иранский газ практически не поступает на внешние рынки (небольшой объем поставляется в Турцию) и используется внутри страны. Именно иранский газ мог бы стать основным источником для европейского газопровода Nabucco. Страны Евросоюза пытаются воплотить этот проект в жизнь уже много лет, но пока безрезультатно. Азербайджанского газа недостаточно для заполнения трубы, рассчитанной на прокачку 30 млрд кубометров в год. Туркменистан имеет действующий контракт на поставку почти всего своего газа с «Газпромом» и недавно построил газопровод в Китай. Кроме того, для подключения Туркмении к Nabucco еще нужно построить газопровод через Каспийское море.

ПОД ПРЕССОМ САНКЦИЙ

Иран был бы идеальным поставщиком газа, но никто из западных компаний не решается работать в этой стране. Причина тому — действующие экономические санкции США. Они, в частности, включают полный запрет гражданам и компаниям США вести бизнес в Иране, участвовать в совместных предприятиях и осуществлять торговые операции с иранскими компаниями. Кроме того, США применяют специальные санкции против любых компаний из третьих стран, инвестировавших в энергетический сектор Ирана более $20 млн. 13 ноября 2009 года президент Барак Обама подписал указ о продлении режима «чрезвычайного положения» в отношениях с Ираном и действия санкций в отношении этой страны.

Основным партнером для Тегерана сегодня является Китай, который покупает у него нефть и вкладывает средства в проекты. Работать в Иране иностранцы могут лишь на основе компенсационных соглашений, т.е. не являясь держателями лицензий, не получая концессии — с иностранца ми расплачиваются частью добытых нефти или газа. В общем, работать в Иране сложно, но овчинка стоит выделки. Нефть в этой стране легкая, экспорт благодаря морским портам возможен в любую точку мира.

Россия никогда не поддерживала радикализма в отношении Ирана. Москва не присоединилась и к санкциям в отношении Исламской Республики, что позволяет расширять экономическое сотрудничество. Одним из главных его элементов стала достройка российскими специалистами АЭС в Бушере, а также налаживание отношений в нефтегазовой сфере. 11 ноября 2009 года с Национальной иранской нефтяной компанией (NIOC) подписала меморандум о взаимопонимании и «Газпром нефть».

СЕРВИСНЫЙ ПОДХОД

В сферу интересов «Газпром нефти» Ближний Восток попал достаточно давно. После изучения потенциальных возможностей по вхождению в регион было предпринято несколько попыток начать работу в нефтегазовых проектах Ирана и Ирака. В 2008 году компания участвовала в переговорах о получении контракта на разработку иранского месторождения «Северный Азадеган», но контракт был передан Китаю. В этом же году «Газпром нефть» приняла участие в первом тендерном раунде по разработке нефтегазовых месторождений Ирака, однако условия тендера для российских нефтекомпаний оказались неприемлемыми. Теперь положительный результат достигнут. «Мы заинтересованы в сотрудничестве с NIOC и считаем достигнутые договоренности с иранскими коллегами перспективными», — оценил подписание меморандума председатель правления «Газпром нефти» Александр Дюков.

Согласно меморандуму, подписанному заместителем гендиректора «Газпром нефти» по разведке и добыче Борисом Зильберминцом и управляющим директором NIOC господином Сейфоллой Джашнсазом, иранская компания намерена провести разработку нефтяного месторождения Азар. Кроме того, планируется оценить нефтяное месторождение Шангуле, после чего начать и его разработку. «Квалифицирован ной и компетентной компанией», к тому же обладающей необходимыми финансовыми возможностями, при участии которой будет реализовываться проект, станет «Газпром нефть».

Месторождения Азар и Шангуле входят в блок Анаран и считаются одними из самых перспективных структур на западе Ирана. По результатам бурения, данные о которых предоставила иранская сторона, геологические запасы нефти на этих участках превышают 5–6 млрд баррелей. Совместно с подписанием меморандума о взаимопонимании NIOC и «Газпром нефть» также заключили соглашение о конфиденциальности, в рамках которого иранская сторона предоставила российской компании все необходимые данные для начала технико-экономической оценки проекта. Сейчас специалисты блока разведки и добычи «Газпром нефти» готовят Master development plan — Генеральный план разработки месторождений, включающий в себя, в частности, схемы разработки, анализ предполагаемого уровня добычи, прогнозный размер инвестиций, график выполнения работ. После согласования документа с иранской стороной будет заключен сервисный контракт на разработку. Работы планируется вести на условиях «бай бек», т.е. компания выступает в роли подрядчика, который возмещает вложенные инвестиции за счет добываемой на месторождениях нефти. Подрядчик, используя свои технологические возможности, выводит месторождения на согласованный уровень и передает месторождение заказчику для дальнейшей разработки, получая компенсацию понесенных затрат. В принципе, такие контракты недостаточно интересны как для подрядчика (из-за невозможности ставить на баланс запасы нефти и отражать в своих отчетах текущую добычу), так и для самого заказчика, но для Ирана это пока единственный вариант. Впрочем, по информации представителей «Газпрома», в настоящее время иранская сторона рассматривает возможность перехода к более интересным и выгодным формам сотрудничества, основываясь на практике контрактов СРП.

Месторождения Азар и Шангуле входят в блок Анаран и считаются одними из самых перспективных структур на западе Ирана. По результатам бурения, данные о которых предоставила иранская сторона, геологические запасы нефти на этих участках превышают 5–6 млрд баррелей. Совместно с подписанием меморандума о взаимопонимании NIOC и «Газпром нефть» также заключили соглашение о конфиденциальности, в рамках которого иранская сторона предоставила российской компании все необходимые данные для начала технико-экономической оценки проекта. Сейчас специалисты блока разведки и добычи «Газпром нефти» готовят Master development plan — Генеральный план разработки месторождений, включающий в себя, в частности, схемы разработки, анализ предполагаемого уровня добычи, прогнозный размер инвестиций, график выполнения работ. После согласования документа с иранской стороной будет заключен сервисный контракт на разработку. Работы планируется вести на условиях «бай бек», т.е. компания выступает в роли подрядчика, который возмещает вложенные инвестиции за счет добываемой на месторождениях нефти. Подрядчик, используя свои технологические возможности, выводит месторождения на согласованный уровень и передает месторождение заказчику для дальнейшей разработки, получая компенсацию понесенных затрат. В принципе, такие контракты недостаточно интересны как для подрядчика (из-за невозможности ставить на баланс запасы нефти и отражать в своих отчетах текущую добычу), так и для самого заказчика, но для Ирана это пока единственный вариант. Впрочем, по информации представителей «Газпрома», в настоящее время иранская сторона рассматривает возможность перехода к более интересным и выгодным формам сотрудничества, основываясь на практике контрактов СРП.

Конечно, при работе в Иране «Газпром нефти» придется столкнуться и со «стандартными» сложностями, вытекающими из экономических санкций, действующих в отношении этой страны. Это и ограничение инвестиций в энергетику в $20 млн в год, и проблемы из-за эмбарго на поставку технологического оборудования, деталей и запчастей. Однако при этом энергетический рынок страны обладает и серьезными преимуществами: низкой себестоимостью добычи нефти, отсутствием конкуренции с европейскими и американскими компаниями. Что открывает «Газпром нефти» хорошие перспективы развития и возможность серьезного укрепления позиций на Ближнем Востоке.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ