«Каждый по-своему расставляет приоритеты»

«Каждый по-своему расставляет приоритеты»

— На чем основаны планы «Газпром нефти» по развитию нефтехимического направления?

— Мы в первую очередь исходим из своих ресурсных возможностей, наличия сырья, которое можно использовать для последующих переделов в продукцию нефтехимии. Это две составляющие: сырье в периметре компании за пределами наших нефтеперерабатывающих заводов и сырье в пределах НПЗ. Расчет достаточно простой: если производство будет обеспечено собственным сырьем минимум на 60%, этот проект имеет право на дальнейшую оценку его экономической эффективности.

Во вторую очередь соответствующий проект должен быть экономически эффективен и соответствовать общей стратегии компании.

На мой взгляд, подобного рода принципы должна исповедовать любая нефтекомпания, а наличие сырья, конечно, у каждого уникально. И каждая компания по-своему расставляет стратегические приоритеты.

Впрочем, если посмотреть на классическую европейскую конфигурацию, то там у перерабатывающих компаний остаются производства мономеров — этилена, пропилена, — а в дальнейшую переработку они входят в форме совместных предприятий. И вокруг мощного пиролизного производства создается набор таких СП, производящих полиэтилен, полипропилен, полиуретан и т.д.

— У «Газпром нефти», как вы сказали, есть еще и сырье за пределами перерабатывающих производств. Что это за сырье и как его использует компания?

— Это продукты переработки попутного нефтяного газа (ПНГ) — ШФЛУ или газ, стабильный газовый конденсат, ну и само собой, нефть. Сырья за пределами НПЗ у нас не так уж и много. ПНГ перерабатывается в рамках совместных предприятий, в первую очередь с СИБУРом, и все объемы ШФЛУ задействованы по этим долгосрочным контрактам.

— Каковы нефтехимические резервы НПЗ?

— Пропан-пропиленовая фракция (ППФ) на Московском НПЗ сейчас полностью перерабатывается в полипропилен. Принято решение о вхождении в капитал омского завода по переработке ППФ в полипропилен — ООО «Полиом» группы «Титан». Соответственно, этот ресурс ОНПЗ также будет эффективно использован. В дополнение к этому принято решение о реализации совместного с СИБУРом проекта по переработке параксилола в терефталевую кислоту. Есть намерения по монетизации бензола в капролактам. Если все они будут реализованы, то мы, по сути, достигнем целей, намеченных в стратегии целей развития нефтехимического направления бизнеса.

— Внутренние резервы сырья для нефтехимии на этом исчерпываются?

— Не совсем. У нас на всех заводах остаются прямогонные бензины, хотя после запуска изомеризации, конечно, в меньшем объеме. На ОНПЗ остается рафинат, который не является паспортным продуктом, товарной позицией, — это объем с комплекса по производству ароматики, и там достаточно много фракций, которые можно было бы использовать для дальнейшей переработки. Но в целом данного объема недостаточно, чтобы реализовать на базе только этого сырья эффективный проект. Поэтому есть намерение учитывать объемы нафты и СУГ Омского НПЗ в проекте производства МТБЭ на одном из предприятий омской площадки, в том числе и с использованием сырья «Север-Энергии». Если такой проект будет реализован, то суммарно на омском узле образуется порядка 600–700 тыс. тонн сырья, которое можно переработать в продукты с более высокой добавленной стоимостью, в частности, например, в полиэтилен низкого давления и полипропилен.

— Какими могут быть сроки создания такого комплекса?

— Это проекты 2013–2016 годов, которые, с нашей точки зрения, решат задачу эффективной утилизации и хорошего вложения инвестиций и ресурсов — и внешних, и внутренних, которые есть у нас в компании.

— Как эти проекты соотносятся с уже совсем скорым запуском большого производства полипропилена на тобольской площадке СИБУРа? Рынку нужно столько полипропилена?

— Здесь нужно смотреть не только рынок полипропилена, но и на рынок пропан-пропиленовой фракции. В связи с реконструкцией и строительством новых установок каткрекинга сразу на нескольких российских заводах в любом случае увеличатся объемы ППФ. Ясно, что уже в ближайшие пару лет реализация ППФ будет менее эффективна, чем сейчас.

Если сейчас мы реализуем ППФ с премией относительно нетбэка экспорта пропана, то несложно рассчитать, что этого больше не будет. Более того — возможно, цена продаж окажется ниже этого нетбэка. Вопрос только — насколько ниже. Такие ситуации уже были: сейчас на рынке ППФ в целом баланс, но как только образуется небольшой профицит — так, например, было в январе 2011 года, — стоимость ППФ снижается до уровня цены СПБТ (смесь пропана и бутана технических — пропан-бутан. — СН).

То есть по мере роста производства ППФ нас ждет падение цены на него до уровня нетбэка СУГ — может быть, даже ниже. Но производство СУГ в РФ к 2020 году удвоится — примерно до 18—20млн тонн, а мы и сейчас экспортируем из 10 млн тонн сегодняшнего производ-ства порядка 2,5 млн, и внутренняя переработка не особенно растет. Значит, экспортная направленность сжиженных углеводородных газов сохранится, а общий нетбэк СУГ дополнительно снизится — и мы точно окажемся ниже сегодняшнего уровня цены реализации ППФ.

Что касается полипропилена, то маржа внутреннего рынка относительно экспортного нетбэка достигает 50–55%, и этот уровень сформировался за последние 3–4 года. Мы думаем, после того как будет введен в строй Тобольск, другие производства (тот же самый «Полиом»), размер маржи внутреннего рынка снизится максимум до комфортных 10—15—20% по общим маркам.

То есть мы действительно ожидаем падения цен реализации сырья и готовой продукции. Но, во-первых, мы рассчитываем свои инвестпроекты в консервативных сценариях с точки зрения рыночных условий, во-вторых, ожидаем, что цены на полипропилен на мировых рынках будут расти.

Таким образом, ожидаемое падение цен на ППФ и рост мировых цен на полипропилен сохранят нашу маржу по цепочке ППФ — полипропилен.

В целом же, исходя из развития и рынков сырья, и рынка полипропилена, прогноз по переработке ППФ в полипропилен оптимистичный, несмотря на пессимистичные прогнозы по емкости и марже внутреннего рынка по полипропилену относительно экспорта.

— То есть, подводя итог и возвращаясь к выбору приоритетов для современной российской нефтянки, развитие нефтехимии — это утилизация сырья и получение дополнительного заработка в партнерстве с профильными компаниями, а не создание собственного полноценного производства, как это в свое время сделали ЛУКОЙЛ и «Татнефть»?

— Скажу про нас — да, «Газпром нефть» видит на нефтехимическом рынке возможности заработка дополнительных денег, но мы не хотим наращивать компетенции там, где можно воспользоваться компетенцией партнеров. Мы приносим сырьевую компоненту, осуществляем финансовый контроль и получаем дополнительную маржу. Думаю, это тенденция для всей российской нефтянки.