С нуля

Начало коммерческой добычи и отгрузки нефти с иракского месторождения Бадра

Сейчас на Бадре эксплуатируются две скважины и ведется бурение еще трех Задвижку, символизирующую начало коммерческой добычи на Бадре, открыли (слева направо): первый заместитель генерального директора «Газпром нефти» Вадим Яковлев, заместитель министра энергетики РФ Юрий Сентюрин, вице-премьер правительства Ирака Хуссейн аль-Шахристани и министр нефти страны Абдул Карим Луэйби Для подготовки местных специалистов на Бадре была разработана целая программа При проектировании ЦПС выбиралось самое современное оборудование из имеющегося на мировом рынке Управление практически всеми технологическими процессами на месторождении ведется с помощью технологий удаленного доступа

Фото: Антон Жданов

БАДРА

Месторождение на территории провинции Васит на востоке Ирака. По предварительным оценкам, геологические запасы Бадры составляют 3 млрд баррелей нефти. Проект разработки рассчитан на 20 лет с возможной пролонгацией на 5 лет. Контракт с правительством Ирака на разработку месторождения подписан в январе 2010 года по итогам тендера, победителем которого признан консорциум в составе «Газпром нефти» (30%), Kogas (Корея, 22,5%), Petronas (Малайзия, 15%), ТРАО (Турция, 7,5%). «Газпром нефть» выступает оператором проекта. Доля иракского правительства, которое представлено иракской геологоразведочной компанией (Oil ExplorationCompany, OEC), — 25%.

Инфографика:
Рамблер Инфографика /
Олег Васильев, Александра Ярош

«Газпром нефть» начала коммерческую добычу и отгрузку нефти с иракского месторождения Бадра. Событие важно не только с коммерческой точки зрения — это первый реализованный с нуля крупный зарубежный проект компании в сегменте добычи. И проект не простой как технически, так и организационно: Ирак далеко не самый стабильный и инфраструктурно развитый регион мира

Текст: Анна Данилушкина, Денис Малков

СРЕДИННЫЕ ОСОБЕННОСТИ

У проекта «Бадра» много особенностей. Но если обратиться к истокам, то главная — то, что Бадра всегда была белым пятном на энергетической карте Ирака. Ранее в провинции Васит (в переводе с арабского «срединная») нефть практически не добывали. Здесь никогда не было нефтегазовой инфраструктуры, да и вообще инфраструктуры — не было дорог, электро- и водоснабжения. Местное население занималось в основном сельским хозяйством, поэтому людей с опытом работы в нефтяной промышленности в этой провинции тоже не было. Топографическая информация о районе, где предстояло строить объекты добычи и подготовки нефти, была крайне скудной. «Подробных карт этого района нет, а те карты, которые существуют, устаревают очень быстро: в сезон дождей русла вади* меняются на глазах», — рассказал строитель (Construction Manager, Infrastructure) Gazprom Neft Badra B. V. Андрей Ростока.

Развитие территории постоянно ставило нетривиальные задачи перед командой, начавшей освоение Бадры. Например, сложность ландшафта, напоминающего скорее лунную, а не земную поверхность, потребовала неординарного решения при строительстве подъездной дороги к буровой площадке. И оно было найдено: дорогу проложили по подъездам, укатанным танками в течение десятилетней ирано-иракской войны.

Вообще, с эхом этого конфликта двух ближневосточных государств в ходе реализации проекта приходится сталкиваться постоянно. С начала работ на Бадре обезврежено и уничтожено почти 30 тыс. мин и невзорвавшихся боеприпасов. Самой «грязной» с этой точки зрения территорией оказалась северо-восточная часть месторождения, что, в общем, неудивительно — именно здесь пролегала линия фронта. Еще одной неприятной неожиданностью стала миграция противопехотных мин: зимой, в период выпадения достаточно большого количества осадков, мины передвигаются за пределы разминированных участков. Пришлось строить тысячи метров защитных сооружений — сетчатых заборов, рвов, насыпей.

Проблемой для строителей стал и состав почвы на территории месторождения. «Большое количество гипса в грунте в районе Бадры делает его нестабильным, он размывается в сезон дождей, — пояснил Андрей Ростока. — Чтобы избежать этого, на стройплощадке центрального пункта сбора нефти (ЦПС) пришлось срезать верхний пласт и производить замещение грунта». С точки зрения геологии, строения залежей, Бадра тоже оказалась далеко не подарком.

РАЗВЕДКА БОЕМ

Месторождение Бадра — самое сложное в регионе с точки зрения геологии. Его строение похоже на слоеный пирог: глинистые отложения чередуются с известняками, что осложняет бурение. Впрочем, изначально геологическая информация о месторождении была крайне скудной. Разведка производилась боем, то есть в процессе бурения первой скважины. «Скважины были пробурены советскими нефтяниками 30–40 лет назад, и мы владели минимальным набором геологической информации на тот момент, — рассказал геолог (Manager, Geology Control for Drilling and Well Testing) Динар Муратшин. — Приходилось работать, проводя разведку, все солевые пласты с разными давлениями не были изведаны вообще». Работа над второй скважиной велась уже с учетом полученных геологических сведений.

Высокое содержание сероводорода в нефти Бадры определило круг задач, которые было необходимо решить еще на этапе проектирования ЦПС. Кроме того, иракская сторона требовала применения новейших технологий для утилизации попутного газа. С учетом этих требований выбиралось самое современное оборудование из имеющегося на мировом рынке — на ЦПС была установлена мембранная установка подготовки попутного газа для отделения сероводорода. «В России опыта работы с насыщенной сероводородом нефтью мало, поэтому команда складывалась многонациональная, привлекали иностранных специалистов с опытом работы в международных проектах и на месторождениях с высоким содержанием сероводорода», — сообщил начальник ЦПС Олег Зарипов. Кстати, именно очищенный от сероводорода попутный газ стал топливом для газотурбинных электростанций, снабжающих энергией установку по подготовке нефти, — электросетей в районе попросту нет, поэтому нефтяникам приходится полагаться исключительно на собственные ресурсы. Узлы задвижек трубопроводов, например, работают от электроэнергии, которую вырабатывают солнечные батареи. Чего-чего, а солнца в Ираке достаточно.

ПЯТЬ ДОЛЛАРОВ НЕФТЯНОГО ЭКВИВАЛЕНТА

Первую нефть на Бадре получили в декабре 2013 года. В мае 2014‑го начались финальные пусконаладочные работы и испытание инфраструктуры, необходимой для добычи и транспортировки нефти. Сейчас на месторождении эксплуатируются две скважины и ведется бурение еще трех в рамках соглашения с китайской компанией ZPEC. По условиям сервисного контракта добычу на месторождении необходимо довести до 170 тыс. баррелей в сутки. На этот уровень планируется выйти в 2017 году.

Сама нефть Бадры легкая, с высоким содержанием серы (плотность — 30,5° API, содержание серы — 2,9%). Она относится к сорту Basrah Light, который входит в экспортную корзину ОПЕК и используется при установлении цены на другие марки экспортной нефти в регионе Персидского залива.

Сырье с промысла поставляется по магистральному трубопроводу до экспортного терминала в Басре. Но для того чтобы связать Бадру с магистралью, пришлось построить собственный участок трубопровода длиной 165 км.

По условиям сервисного контракта с правительством Ирака участникам консорциума по разработке месторождения сначала будут возмещаться затраты, понесенные при строительстве месторождения. Далее вознаграждение будет выплачиваться из расчета $5,5 за баррель, но не деньгами, а нефтью. Схема расчетов выглядит следующим образом: вся нефть с месторождения сдается в резервуары экспортного терминала и поступает под контроль иракской государственной маркетинговой компании State Oil Marketing Organization (SOMO), которая затем каждый квартал отдает часть сырья участникам консорциума, исходя из его рыночной стоимости. Реализацией нефти каждая компания-партнер занимается самостоятельно. У «Газпром нефти» для этого есть собственный трейдер — Gazprom Neft Trading Gmbh, который и будет вывозить сырье с берегов Персидского залива.

Впрочем, для того чтобы получить свою долю нефти в качестве возмещения затрат и вознаграждения, участникам консорциума необходимо выполнить еще одно важное условие контракта: суточные объемы поставки нефти с месторождения в магистральный трубопровод в течение 90 дней не должны опускаться ниже уровня 15 тыс. баррелей. Все условия для этого уже созданы.

ЦЕЛЕВОЙ ОТБОР

Основа комплекса промысловой инфраструктуры Бадры — ЦПС. Уже запуск первой очереди объекта мощностью 60 тыс. баррелей в сутки позволяет приступить к полномасштабной разработке актива. В дальнейшем мощность ЦПС планируется увеличить втрое. Началось и строительство комплекса переработки газа мощностью 1,5 млрд кубометров в год, ведутся работы по прокладке 100‑километрового газопровода от месторождения до электростанции Зубайдийя (провинция Васит).

Последовательно решается и вопрос с обеспечением проекта разработки месторождения местными рабочими и специалистами. «Иракское законодательство гласит, что к подрядным работам должны привлекаться местные рабочие, а поскольку сначала строительного опыта у них не хватало, обучать строителей приходилось нам. Учили всему, вплоть до простейших операций, таких как использование силиконового герметика, — поделился воспоминаниями Андрей Ростока. — За три года развития проекта прошел естественный отбор рабочих подрядчика, и сейчас мы работаем уже с квалифицированными строителями».

Инженеров-нефтяников, конечно, собственными силами в полевых условиях не обучишь, поэтому для подготовки местных специалистов была разработана целая программа. «Мы отобрали лучших из 600 кандидатов, провели обучение на базе учебного комбината в Эль-Куте, затем организовали производственное обучение в Малайзии с практикой на базе „Петронас“ в Гаррафе, — рассказал Олег Зарипов. — Они хорошо работают, справляются со всеми задачами». Сейчас на промысле работает около 90 специалистов-иракцев, а в целом для экономики Бадры месторождение фактически является градообразующим предприятием — треть жителей города так или иначе задействована в работе на промысле.

Конечно, Ирак сегодня не самое спокойное место на карте мира. Однако район, в котором находится ближневосточный актив «Газпром нефти», беспорядки, атаки террористов и прочие «прелести» смутного времени до сих пор обходили стороной. Не было ни эвакуаций персонала месторождения, ни чрезвычайных ситуаций. В условиях, когда многие европейские компании приостанавливали работу в стране или даже прекращали совсем, консорциум продолжал строительство месторождения, причем без угрозы для своих сотрудников. И Ближний Восток по-прежнему занимает одну из первых строк в списке приоритетов зарубежного развития «Газпром нефти».

«Консорциум компаний во главе с „Газпром нефтью“ всего за несколько лет полностью подготовил к полномасштабной разработке одно из наиболее сложных по геологическому строению месторождений Ирака — Бадру, — отметил председатель правления „Газпром нефти“ Александр Дюков. — Это первый реализованный с нуля крупный зарубежный проект компании в сегменте добычи. Мы получили уникальный опыт, который в дальнейшем сможем применять при освоении других новых месторождений как в России, так и за рубежом».

То, что это месторождение из богатств, сосредоточенных в недрах, превращается в благо для иракского народа и для мирового сообщества, — это важное, значимое событие. И произошло оно во многом благодаря российской компании «Газпром нефть» — одному из лидеров отечественного и, не побоюсь этого сравнения, мирового глобального энергетического рынка.
Но в нынешних условиях освоение крупных месторождений, реализация крупных проектов в углеводородной сфере силами одной, даже очень крупной компании невозможно. Важен правильный подбор союзников. И то, что этот проект — это дело союзников, соратников, компаний-партнеров, на наш взгляд, еще одно очень важное обстоятельство, которое мы отмечаем в российском правительстве и министерстве энергетики.

Юрий Сентюрин
заместитель министра энергетики РФ

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ