Возвращение Ирана

Возвращение Ирана

Текст: Евгений Третьяков
Фото: Getty Images, Legion-Media, ТАСС

Снятие с Ирана санкций, введенных из-за подозрений Запада в том, что страна тайно готовится к производству ядерного оружия, возвращает исламскую республику в число заметных игроков мирового энергетического рынка. Однако эксперты считают, что на быстрые победы стране рассчитывать не приходится

1951 год: «День гнева к британскому правительству» остановил иранский нефтяной конвейер

Иран не стал присоединяться к инициативе других нефтедобывающих стран по заморозке объемов добычи черного золота. После многих лет санкций исламской республике нужны деньги, чтобы поправить социальную ситуацию в стране и модернизировать народное хозяйство. Зарубежные компании уже заявляют о намерении инвестировать в Иран. Правда, на фоне проблем в мировой экономике и непрекращающихся конфликтов на Ближнем Востоке надеяться на то, что инвесторы зальют Иран деньгами, не приходится. Поэтому министр нефти Ирана Бижан Намдар Зангане не поехал на встречу с коллегами из крупнейших стран — производителей нефти, которая прошла 17 апреля в Дохе. «Министр уже огласил позицию Ирана в ходе ряда двусторонних и многосторонних встреч с членами ОПЕК и странами-нефтедобытчиками. Иран не будет подписывать соглашение о заморозке добычи», — объяснила пресс-служба ведомства в официальном сообщении.

Позиция властей страны проста: они хотят довести объем добычи до 4 млн баррелей в сутки и, пока этого не произойдет, просят остальные страны «оставить Иран в покое».

«Шаха больше нет!»

Отношения Ирана с Западом же больше 100 лет напоминают синусоиду: периоды дружбы сменяются годами жесткой конфронтации. Стоит напомнить, что та же ядерная программа, приведшая к последнему кризису, была запущена в 50-х годах прошлого века с помощью США в рамках проекта администрации президента Дуайта Дэвида Эйзенхауэра «Атом ради мира» («Atoms for Рeace»). В 1959 году американцы даже предоставили Тегеранскому университету ядерный реактор малой мощности.

Но тогда страна была монархией, а не исламской республикой. И руководил ей абсолютно лояльный к Западу шах Мохаммед Реза Пехлеви. В его жизни было два ключевых момента. В 1953 году толпа встречала его возвращение в страну радостными криками, а в 1979 году, когда он, смертельно больной лейкемией, покинул страну, та же толпа с восторгом кричала: «Шаха больше нет!»

Но началось все раньше на 50 лет. В начале ХХ века Персия была типичным восточным государством, погрязшим в коррупции и бюрократии, пытавшимся лавировать между двумя империями — Британской и Российской. На волне зарождавшегося нефтяного бума британские власти поддержали экспедицию, которую снарядил бизнесмен Уильям Д’Арси. Несколько лет изнурительных поисков прошли впустую, и было решено свернуть работы. Но телеграмма шла до лагеря слишком долго, что позволило продолжить работу, и в 1908 году в Персии обнаружили нефть.

Запасы нефти в Иране, млрд баррелей, на конец года
1988199420042007200820132014
92,994,3132,7138,2137,6157,8157,8
Источник: BP Statistical Review of World Energy, 2015

В 1909 году была основана «Англо-персидская нефтяная компания» (АПНК), которую мы сегодня знаем как ВР. Несмотря на многообещающий старт, в 1914 году АПНК оказалась на грани банкротства. Обладая значительными запасами нефти, компания испытывала сложности со сбытом. Но тут в дело вмешался Уинстон Черчилль, бывший на тот момент главой британского флота. Он считал нефть стратегически важным ресурсом, необходимым для сохранения экономической мощи Великобритании. Черчилль убедил кабинет министров в том, что правительство должно стать акционером АПНК, которая будет выступать в качестве защитника национальных интересов Великобритании на мировом нефтяном рынке.

К началу 1950-х годов АПНК, переименованная к тому времени в «Англо-иранскую нефтяную компанию» (Персия стала Ираном по инициативе Резы Пехлеви, бывшего офицера, который стал шахом, сместив прежнего правителя в 1925 году), стала глобальной компанией с бизнесом, охватывающим полмира. Но Иран оставался ключевым регионом для будущей ВР. Страной правил сын Резы Пехлеви — Мохаммед, который был вполне лоялен к англичанам.

Однако оппозиция, в том числе исламская, была настроена к Лондону крайне негативно, возмущаясь крайне несправедливым распределением доходов от продажи нефти. В 1951 году премьер-министром Ирана стал Мохаммед Мосаддык, известный своей антибританской позицией, и тогда же был принят закон о национализации «Англо-иранской компании». Он отправил правителя провинции Хузестан к офису АИНК, где тот принес в жертву барана у входа в здание, а затем объявил толпе, что концессия аннулирована и все имущество компании и вся нефть принадлежат народу.

В сентябре 1951 года аятолла Кашани объявил национальный «День гнева к британскому правительству». Несколькими днями ранее правительство Мохаммеда Мосаддыка дало всем британским служащим, находящимся в Иране, неделю на сборы. Несколько месяцев спустя после «Дня гнева» последние британские нефтяники покидали Иран — страну, чью нефтяную промышленность они создали с нуля. 4 октября 1951 года они погрузились на крейсер «Маврикий» и под звуки военного оркестра отправились на родину.

Победа и поражение «Аякса»

В ответ на национализацию Британия и США ввели экономические санкции в отношении Ирана, перестав покупать в том числе и иранскую нефть. Мохаммед Мосаддык фактически отстранил от власти шаха и сосредоточил всю власть в своих руках. Его правление продлилось два года и завершилось переворотом, организованным американскими спецслужбами.

США и их союзники боялись навсегда потерять доступ к нефтяным запасам страны, если Иран попадет под влияние СССР. Операцию «Аякс» в 1953 году возглавил Кермит Рузвельт, внук президента Теодора Рузвельта.

Поначалу операция практически провалилась. Шах Мохаммед Реза был вынужден бежать из страны. Но затем прошахским силам удалось поднять мятеж и толпа встала на сторону опального монарха, поскольку экономическое положение в стране было очень сложным, ведь США и их союзники ввели эмбарго на экспорт иранской нефти.

Шаха встречали с яростным ликованием. Одним из первых шагов нового правителя стало возвращение в Иран западных нефтяников. На более выгодных для страны условиях и в составе европейско-американского консорциума.

Впрочем, монарх, несмотря на всю свою лояльность, доставил Западу немало головной боли. Иран стал одним из самых активных участиков ОПЕК и сыграл важную роль в энергетическом кризисе 1973 года. А события 1979 года вызвали новый виток кризиса. Иранская нефть перестала поступать на рынок, и в США вновь выстроились очереди к бензоколонкам.

В конце концов битву за Иран американцы и британцы вчистую проиграли исламистам. Как пишут историки, тогда в Вашингтоне просто не знали, что делать и как реагировать на стремительно менявшийся расклад сил в стране. Некоторые эксперты даже уверяли, что власть шаха сохранится еще как минимум лет на 10. На деле аятолла Хомейни получил власть практически без сопротивления. Она, как говорили другие революционеры в другой стране, буквально валялась под ногами.

Нефтяная промышленность снова была национализирована, а американские и британские сотрудники вновь вынуждены были покинуть теперь уже не просто Иран, а Исламскую Республику Иран. Окончательно отношения США и их союзников с Тегераном были прерваны после захвата исламистами заложников в американском посольстве в Тегеране. Политику жесткой конфронтации с Западом прерва Мохаммед Хатами, бывший президентом страны в 1997–2005 годах, но за этим последовал новый виток обострения отношений.

Больше не изгой

Новейшая история Ирана — это история борьбы ведущих мировых держав за доступ к нефтегазовому комплексу

Санкции на Иран были наложены после того, как взошедший на пост президента Ирана в 2005 году ярый антиамериканист Махмуд Ахмадинежад возобновил масштабное строительство центрифуг для обогащения урана, хотя и отрицал, что делается это с целью создания ядерного оружия.

Иранский президент был известен своей нелюбовью к США и Западу, дружбой с Уго Чавесом и отрицанием холокоста. Он также с помощью России вернулся к реализации проекта по созданию АЭС в Бушере, которую начали строить в середине 70-х немцы, но после победы в 1979 году исламской революции законсервировали объект. Сейчас АЭС работает и ведутся переговоры о строительстве новых блоков.

В ответ США включили Иран в «ось зла». В отношении ядерной программы Ирана было принято шесть резолюций Совета безопасности ООН, а США с союзниками (ЕС, Канада и др.) ввели экономические санкции, под которые попали сотни иранских официальных и частных лиц, компаний и банков. Позднее были арестованы счета ЦБ Ирана на сумму $50 млрд и введен запрет на покупку иранской нефти (его не соблюдал Китай).

Министры иностранных дел ЕС установили нефтяное эмбарго 11 апреля 2012 года. В результате, по данным BP Statistical Review, добыча в Иране упала с 4,373 млн барр. / сутки в 2011 году до 3,742 млн барр. / сутки в 2012-м и 3,525 барр. / сутки в 2014 году. В прошлом году добыча снизилась, по разным оценкам, еще на 0,4–0,8 млн барр. / сутки. Иранское агентство IRNA отмечает, что до введения санкций Иран экспортировал 2,3 млн барр. / сутки, после их введения экспорт сократился до 1 млн баррелей.

Добыча нефти в Иране, млн барр. / сутки
20042005200620072008200920102011201220132014
4,2014,1844,2604,3034,3964,2494,3524,3733,7423,5253,614
Источник: BP Statistical Review of World Energy, 2015

Сменивший Ахмадинежада на посту президента в 2013 году Хасан Рухани отказался от курса на конфронтацию и пошел на уступки. В ноябре 2013 года Иран подписал дорожную карту с МАГАТЭ и совместный план действий с шестеркой стран-переговорщиков (в их число входит Россия). Тегеран выполнил взятые на себя обязательства, и 14 июля 2015 года был подписан «Совместный всеобъемлющий план действий». Иран обязуется в течение 15 лет иметь в распоряжении не более 300 кг обогащенного до 3,67% урана. Высокообогащенный уран и оружейный плутоний, необходимые для создания ядерного оружия, Иран производить не будет. Завод по обогащению урана в Форду и ядерный комплекс в Араке будут использоваться исключительно в мирных целях. При этом все отработанное топливо будет вывозиться оттуда за пределы Ирана в течение всего времени действия реактора. Эксперты МАГАТЭ будут проводить мониторинг ядерных объектов в течение 25 лет. Главное, чего удалось добиться Ирану, это обязательства снять все международные санкции в течение 10 лет при условии выполнения соглашения.

В начале нынешнего года (16 января) было отменено нефтяное эмбарго со стороны ЕС и снята часть других санкций. На настоящий момент, по оценкам аналитиков, Иран уже выбрал все свободные мощности и запасы и нарастил экспорт почти на 0,6 млн барр. / сутки. Выручка Ирана от продажи нефти после снятия санкций выросла на 90%, сообщает агентство RNS со ссылкой на IRNA.

Не все сразу

Сегодняшний виток потепления вызывает в Иране большие надежды. Стране нужны инвестиции для модернизации экономики, в том числе и нефтегазовой отрасли. Власти рассчитывают на приток примерно $50 млрд в год. О своем интересе к проектам в Иране объявили французская Total, итальянская Eni, немецкая Daimler, российский «Уралвагонзавод» и многие другие компании. Иранский лидер совершил турне по европейским столицам, где подписал протоколы о намерениях на миллиарды евро. Масштабные планы у Китая.

Гордость Ирана: восточные специи и высококачественная нефть

«Иран — большая по численности страна. У нее достаточно емкий внутренний рынок, — отметил в разговоре с „Газетой.Ru“ Аждар Куртов, эксперт российского Института стратегических исследований. Иранцы заинтересованы в модернизации своей экономики, а их экономический потенциал в возможности выпуска современной высокотехнологической продукции значительно отстает. Они будут создавать условия для привлечения инвесторов в эти сферы. Но пойдут ли на это страны Запада, учитывая политические соображения, сказать сложно». исследований. Иранцы заинтересованы в модернизации своей экономики, а их экономический потенциал в возможности выпуска современной высокотехнологической продукции значительно отстает. Они будут создавать условия для привлечения инвесторов в эти сферы. Но пойдут ли на это страны Запада, учитывая политические соображения, сказать сложно«.

«Без сомнений, Иран представляет инвестиционный интерес, — заявил глава компании Eni Клаудио Дескальци в интервью телеканалу Rai. — Я рад, что Иран возвращается на энергетические рынки... Это означает, что поставки энергопродуктов в Европу станут более диверсифицированными». Но Ирану необходимо привлечь около $150–200 млрд в свой энергетический сектор, чтобы «сделать скачок, который сможет оказать реальное влияние на мировой рынок». В том, что это удастся сделать быстро, Клаудио Дескальци сомневается.

Причин для скептицизма много. Во-первых, это и геополитика — в ближневосточном регионе идут постоянные вооруженные конфликты, а у Ирана крайне напряженные отношения с Саудовской Аравией и Израилем. Во-вторых, есть особенности ведения бизнеса в Иране. Например, ограничения на участие иностранцев в капитале. В-третьих, мировая экономика находится не в лучшей форме, цены на нефть, газ и прочие сырьевые товары находятся на многолетних минимумах, спрос на энергоносители растет не так быстро, как раньше, а конкуренция между производителями сильна, как никогда.

Аналитики компании Vygon Consulting полагают, что в будущем Иран также вряд ли сможет «залить рынок дешевой нефтью». Они отмечают, что главная проблема — неопределенность инвестиционной среды и условий работы в нефтегазовом секторе страны.

В настоящее время Иран переходит от сервисных контрактов на разработку углеводородных месторождений к более привлекательным соглашениям о разделе продукции. Но на иностранцев будут ложиться обязательства поиска партнера, местной рабочей силы, трансфера технологий, а также сохраняется неопределенность в отношении распределения долей участия.

«В ближайшие годы мы ожидаем умеренный рост добычи нефти в Иране — на 0,6 млн баррелей в сутки к концу 2016 года (или в среднем за год на 0,3 млн баррелей в сутки) и аналогичный рост в 2017 году, — цитирует ТАСС материалы Vygon Consulting. — До сих пор инвесторы, также сталкиваясь с регуляторными проблемами, оценивают нефтегазовые проекты Ирана как высокорискованные, поэтому эффект от ввода новых проектов в эксплуатацию будет ощутим не ранее 2020 года. До этого добыча сырой нефти, вероятно, не будет превышать 4,5 млн баррелей в сутки». Но в общем Иран возвращается. Хотя возвращение это, похоже, будет долгим и непростым.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ