Вся жизнь катализаторов

Журнал «Газпром»

Интервью генерального директора «Газпромнефть – Каталитические системы» Александра Чембулаева

Журнал «Газпром» №9, сентябрь 2017 года

— Александр Николаевич, с какой целью было создано предприятие «Газпромнефть — Каталитические системы»? Насколько я понимаю, на протяжении прошлых лет работа в области разработки и производства катализаторов достаточно успешно велась силами нефтеперерабатывающих предприятий «Газпром нефти». К работе привлекались научные учреждения, создавались и внедрялись новые разработки.

— Вы правильно отметили, что опыт наших нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ) был очень успешным, особенно в области производства катализаторов каталитического крекинга. Омский НПЗ (ОНПЗ) «Газпром нефти» производит 3 тыс. т этой высококачественной продукции в год, такие объемы сейчас покрывают потребность нефтеперерабатывающих заводов нашей компании. Но разработка и производство — это далеко не все сферы, которые будет развивать «Газпромнефть — Каталитические системы». Собственно, подход отражен в самом названии: «Газпром нефть» не просто решила выделить в отдельное направление столь наукоемкий бизнес, как разработка и производство катализаторов, но формирует комплексное, системное бизнес-решение.

— Какие еще продукты и услуги планируются в рамках нового бизнес-направления?

— Основное — производство и предложение на рынке катализаторов вторичных процессов переработки — каталитического крекинга, гидрокрекинга и гидроочистки. Также мы будем предоставлять услуги по испытаниям и исследованиям катализаторов для любого участника рынка переработки нефти, по сопровождению эксплуатации катализаторов, по регенерации и реактивации катализаторов. Мы обеспечим техническую поддержку эксплуатации катализаторов, решение технических вопросов на установках заказчиков. Предоставим весьма востребованные рынком услуги по загрузке и выгрузке, а также по оптимальному подбору каталитических систем для внешних заказчиков.

— Полный жизненный цикл.

— Да. Сейчас мы находимся на этапе проектирования нового завода по производству катализаторов. После ввода его в эксплуатацию в 2020 году выйдем на рынок как с проверенными временем и усовершенствованными, так и с новыми продуктами.

В ДВА РАЗА БОЛЬШЕ

— Что это будут за продукты?

— Основной объем придется на катализатор каткрекинга — 15 тыс. т. Кроме этого, мы освоим выпуск катализаторов гидропроцессов в объеме 6 тыс. т в год.

— Если вы не против, поговорим про потребности российского рынка. Действующее катализаторное производство компании сейчас выпускает 3 тыс. т катализаторов каталитического крекинга. Это всё потребности Омского НПЗ?

— Это потребности четырех установок каталитического крекинга.Продукт отправляется на два крекинга на ОНПЗ, на Московский НПЗ и на один крекинг компании «Роснефть» в Ангарске. Соответственно, это максимум.

— А какой общий объем потребления российской нефтепереработки?

— Общий объем постоянно растет. В 2011 году он составлял 7,2 тыс. т, а в 2016-м — 9,7 тыс. т. На 2017 год планируется 11,2 тыс. т, на 2020-й —18,2 тыс. т. То есть объем потребления за десять лет увеличится более чем в два раза.

— Почему такое увеличение ожидается в 2020 году?

— Наши ожидания основаны на планах, утвержденных правительством, по модернизации нефтеперерабатывающей отрасли и заявках российских компаний о строительстве новых установок каталитического крекинга, а также увеличения мощности старых крекингов.

— Какой объем рынка вы планируете занять в 2020 году?

— По каталитическому крекингу (включая возможные модификации) наша цель — 70–80 % рынка. Хотя объем производства позволит удовлетворить 100 % потребностей российских предприятий. Еще остаются два катализатора, производство которых нам предстоит освоить: гидроочистки и гидрокрекинга. В текущем году потребности российских НПЗ в катализаторах гидроочистки — 4,02 тыс. т. В 2018 году его потребуется уже 4,33 тыс. т, а в 2020-м — 4,48 тыс. т. На сегодняшний день это полностью импортный продукт. Наше предприятие будет первым в России, выпускающим его для производства топлива качества Евро-5.

— В каком объеме?

— В объеме 4 тыс. т в год. Но это не всё. Есть еще катализатор гидрокрекинга вакуумного газойля, который также на данный момент целиком импортный. В 2016 году российские предприятия потребили 1,2 тыс. т, в 2018 году потребуется уже 3,2 тыс. т, а в 2020-м —3,68 тыс. т. На нашем новом заводе мощности по производству такого катализатора будут составлять порядка 2 тыс. т в год.

СОБРАТЬ И ПРИУМНОЖИТЬ

— Фактически, по каждой позиции вы готовы занять 50–100 %.

— Да, мощности позволяют. Но очевидно, что это будет поступательное движение. Нам предстоит серьезная работа с потребителями, которых нужно будет убедить в качестве продукта и нашего сервиса. Кроме того, мы консолидируем научные разработки, расширим сотрудничество с научными учреждениями.

По нашим планам, от разработки до постановки на производство новых катализаторов будет проходить три года. Но и разработка — это еще не всё. Необходимо обеспечить сервис, сопровождение на всем цикле эксплуатации этого катализатора у заказчиков.

— В конце 2014 года началась разработка, а затем и внедрение новых катализаторов на НПЗ «Газпром нефти».
Работы велись в кооперации с научными учреждениями. То есть на тот момент уже сложилась некая работающая система, притом с привязкой к перерабатывающим заводам, которые, исходя из своих потребностей, выбирали партнеров, объясняли, какой продукт им нужен, и вкладывались в разработку и производство. Как эта система работает сейчас?

— Конечно, такая система существовала и продолжает существовать. Но давайте посмотрим на тенденции последних лет и проблемы, с которыми сталкивается отрасль. За последние десятилетия в нашей стране не строилось крупных современных заводов по производству катализаторов, слабо осваивались новые продукты. А нефтепереработка тем временем бурно развивалась. Постоянно опираться на зарубежных поставщиков невозможно. К счастью, у «Газпром нефти» уже накоплен значительный опыт разработки и производства катализаторов, что и позволило начать проект, одной из составных частей которого является выделение компании «Газпромнефть — Каталитические системы». То есть ситуация подошла к тому пределу, за которым развивать этот бизнес в рамках завода стало нецелесообразно, потребовалась консолидация.

— Действующее производство катализаторов располагается в Омске. А где будет построен новый завод? И будут ли новые мощности замещать уже существующие или предполагается их параллельная работа?

— Новый завод по производству катализаторов будет также располагаться в Омске. Срок пуска — третий квартал 2019 года. В 2020-м выведем на промышленную эксплуатацию. До этого момента будет работать действующее производство. В дальнейшем, по планам, производство и персонал будут переведены в структуру нового завода. Для этого мы готовим программу обучения. Персонал будет участвовать в шеф-монтаже, сборе оборудования, пусконаладке. Это хорошая возможность заранее изучить новое оборудование.

— Кадры, как известно, решают всё. Хватит ли новому заводу того количества специалистов, которое работает на имеющемся предприятии?

— Не хватит. Масштабы проекта предполагают создание новых рабочих мест. На действующем производстве в Омске работает порядка 110 человек, при формировании штата нового производства исходим из того, что нам потребуется около 240 человек.

ГЛАВНЫЕ ПРОДУКТЫ

— Если вы рассчитываете занять 70–80 % российского рынка, то не прорабатываете ли сейчас и зарубежное направление?

— Конечно, планируем в перспективе. Можно сказать, что развитие нашего бизнеса будет проходить в два этапа. Первый этап — развитие на российском рынке. Второй — выход на зарубежные площадки. Планируем в ближайшее время разработать детальную маркетинговую стратегию.

Ведем переговоры с Казахстаном и в целом по СНГ. Но приоритетным всё равно остается российский рынок. Здесь мы готовы к жесткой конкуренции с глобальными производителями. Наш успех зависит от успешности применяемых нами российских технологий. Опробовать их начинаем уже в текущем году.

— Что будет полигоном?

— Омский НПЗ.

— Что мешает другим крупным российским нефтегазовым компаниям построить свои предприятия по производству катализаторов?

— У нас, к примеру, есть соглашение с «Роснефтью». Они выпускают хорошие катализаторы риформинга, мы их покупаем. А мы выпускаем хорошие катализаторы каткрекинга — и они их покупают. Осваивать новые продукты — это тяжело и затратно. Наше предприятие обладает необходимыми компетенциями в области катализаторов каталитического крекинга, а по иным интересующим нас продуктам — сотрудничает с профильными институтами.

За последние три года «Газпром нефть» оформила уже десять патентов на катализаторы. У других компаний нет такого центра компетенций. Им проще с нами сотрудничать, чем конкурировать. Мы находимся на принципиально другом этапе развития бизнеса: потенциальным конкурентам придется для начала потратить несколько лет на исследования и разработки. Зачем конкурировать, если можно развивать разные марки катализаторов? Кроме того, мы видим преимущества наших продуктов перед западными аналогами и уверены в их качестве.

— В чем преимущество?

— В эффективности. В наших катализаторах лучше стабильная активность компонента (цеолита), при этом содержание этого компонента меньше, что снижает себестоимость продукта. А за счет применения дополнительного активного носителя с наших катализаторов получается больший выход бензинов.

— Какие еще катализаторы производятся в России, кроме ваших и катализаторов «Роснефти»?

— Катализаторы Клауса (используются для каталитической окислительной конверсии сероводорода). Катализаторы гидроочистки под Евро-3, но эта продукция производится по технологиям еще советского периода на устаревших производственных мощностях. Есть рязанская фабрика, выпускающая катализаторы изомеризации и нефтехимии. И многое другое .Мы же осваиваем самые востребованные, крупнотоннажные продукты — каталитического крекинга, гидроочистки и гидрокрекинга.

ПОСТАВЩИКИ

— Кто планируется в качестве поставщика сырья для нового завода?

— Прорабатываем сырьевой рынок. Исходя из полученных данных, уже можем сказать, что поставщики будут российские. Не будем забывать, что Министерство энергетики присвоило проекту «Газпром нефти» статус национального, то есть он существует в парадигме развития отечественных производств. Но ради надежности мы хотели бы добиться такого положения, при котором на каждую позицию было бы по два-три российских поставщика.

— А хватает ли на всё российских поставщиков?

— На сырье — да. Но есть ряд позиций в области оборудования, которые наше машиностроение пока изготовить не может. Планируем определиться с поставщиками к осени 2017 года.

— В конце прошлого года «Газпром нефть» объявила о создании Инженерного центра по испытанию катализаторов. Он тоже будет интегрирован в структуру бизнеса «Газпромнефть — Каталитические системы»?

— Да, Инженерный центр войдет в периметр «Газпромнефть — Каталитических систем». У него — исследовательские функции. В прошлом году в рамках старта работы центра мы начали эксплуатацию первой в России пилотной установки каталитического крекинга. Сейчас прорабатываем документацию и коммерческие предложения по поставке оборудования для других лабораторных установок — по гидрокрекингу и гидроочистке. Также в рамках Инженерного центра будут созданы пилотные установки предпромышленных испытаний и разработок катализаторов.То есть мы создаем высококлассную современную лабораторию по испытанию катализаторов для нефтеперерабатывающих заводов, аналогов которой в России нет и в ближайшие годы точно не появится.

— Тоже к 2020 году?

— Поэтапно: часть объектов будет введена в эксплуатацию значительно раньше. К примеру, пилотная установка каткрекинга с 1 октября 2017 года будет готова выполнять заказы не только «Газпром нефти», но и других компаний. Развитие Инженерного центра позволит выполнять весь спектр услуг: от разработки и лабораторных испытаний до внедрения катализаторов на установку. Все эти функции — от исследований до производства и сопровождения — будут консолидированы в рамках предприятия «Газпромнефть — Каталитические системы». Кроме того, мы планируем предоставлять услуги по регенерации катализаторов: будем получать отработанные катализаторы со сторонних предприятий и восстанавливать их на наших мощностях.

РЕГЕНЕРАЦИЯ

— Насколько эта услуга необходима рынку?

— Ожидаемая потребность рынка в регенерации катализаторов — до 10 тыс. т в год.

— А не вступят ли эти «регенерированные» объемы в конкуренцию с 21 тыс. т свежего продукта, который вы же и будете производить?

— Нет, конкуренции не будет. При оценке рынка срок эксплуатации катализаторов гидроочистки рассчитан с учетом работы регенерированного катализатора. У заводов скопились определенные запасы катализаторов гидроочистки. То есть, если они не направят эти объемы к нам, они воспользуются услугами другой компании. Кроме того, есть рынок СНГ — местным предприятиям тоже требуется услуга по реактивации катализаторов.

— В России есть предприятия, предоставляющие подобную услугу?

— Да, такие предприятия есть и строятся новые. Суммарная мощность около 10 тыс. т. Но эти предприятия планируют только процессы регенерации, а для полного восстановления катализаторов гидроочистки требуется их реактивация. Мы рассчитываем на обеспечение финишной обработки регенерированного катализатора и дальнейшей его загрузки на установки гидроочистки. Фактически, выходя на рынок реактивации катализаторов, мы учитываем растущие потребности рынка и говорим о дозагрузке производственных мощностей. И опять же, не будем отбрасывать потребности внешних рынков — это направление мы сейчас детально прорабатываем.

МНОГОГРАННЫЙ ЭФФЕКТ

— Какой эффект «Газпром нефть» уже ощутила от внедрения и улучшения собственных катализаторов?

— Экономический эффект от использования новых катализаторов на двух установках каталитического крекинга составил 1,3 млрд рублей по году. Но проект «Газпром нефти» не просто так получил статус национального.

Весь эффект от реализации нацпроекта будет выражаться в гораздо большей сумме, так как влияние нового производства катализаторов на российскую экономику будет комплексным: от финансового эффекта для материнской компании до развития транспортных путей и создания новых рабочих мест. Это не говоря уже о независимости отечественной нефтепереработки от внешних поставщиков по основным катализаторам.

— А если вести речь не об основных, то насколько «Газпром нефть» будет зависеть от импорта в области катализаторов?

— Компания будет практически на 100 % обеспечена собственными катализаторами. Кроме того, мы активно прорабатываем возможность поставок наших продуктов на заводы «Газпрома» в Салавате, Сургуте и Астрахани.

Таким образом, к 2020 году мы сможем обеспечить потребности в катализаторной продукции всей Группы «Газпром».

БЕСЕДУЕТ: Александр Фролов
ФОТО: ПАО «Газпром нефть»