«Мы хотим стать бенчмарком по технологичности и эффективности»

Телеканал «Россия 24»
Телеканал «Россия 24»

Как низкие цены на нефть сказываются на работе нефтяных компаний, как будет исполняться сделка ОПЕК+ и почему «Газпром нефть» делает ставку на работу с трудной нефтью? Об этом в интервью телеканалу «Россия 24» рассказал председатель правления «Газпром нефти» Александр Дюков.

Каким был 2018-й для компании «Газпром нефть»? Каковы основные итоги года?

К основным итогам можно отнести, прежде всего, очень хорошие финансовые результаты работы компании. Нам удалось создать задел, который позволит компании в дальнейшем развиваться устойчиво и стабильно.

Что касается финансовых результатов, то в восемнадцатом году нам удалось значительно увеличить нашу операционную прибыль и чистую прибыль, снизить размер долга. Очень важно, что этот рост финансовых результатов произошел не только за счёт благоприятной ценовой конъюнктуры на рынке нефти, но благодаря повышению эффективности бизнеса. Кроме того, нам удалось быстро отреагировать на временное повышение квот в рамках сделки ОПЕК+. Мы смогли оперативно увеличить добычу, воспользовались этой возможностью, что, соответственно, принесло дополнительный вклад в наш финансовый результат. Всё это позволяет нам увеличивать размеры дивидендных выплат и уверенно смотреть в будущее.

Если говорить о том, какой задел мы создали в 2018 году, то сделано достаточно много. Мы смогли пополнить наш портфель поисковых проектов, добавив туда более 20 новых лицензий в перспективных зонах. Это Оренбуржье и юг полуострова Ямал, это и Гыдан, и это Ханты-Мансийский автономный округ. Также в 2018 году мы нарастили наши запасы, сделали несколько открытий, в том числе открыв месторождение «Тритон» на шельфе Сахалина с геологическими запасами почти 140 миллионов тонн. Если к нему добавить открытое в 2017 году месторождение «Нептун», то можно говорить о создании полноценного кластера на шельфе Сахалина с запасами, превышающими 550 млн. тонн.

Мы продолжили развитие наших проектов в Арктике, это и Приразломное, и Мессояха. Для месторождения «Новопортовское» в этом году были построены два современных ледокола. Это не только очень маневренные ледоколы, но и самые мощные в своем классе. Они будут обеспечивать бесперебойную морскую отгрузку нефти с Новопортовского месторождения.

В 2018 году мы создали ещё один новый добывающий кластер в Надым-Фур-Тазовском районе, это Ямало-Ненецкий автономный округ, определились со стратегией, начали работы по подготовке к вводу этого нового кластера, к полномасштабной промышленной разработке.

Мы продолжили работы по модернизации наших нефтеперерабатывающих заводов. Значительно продвинулись в реализации цифровой трансформации бизнеса и в реализации нашей технологической стратегии развития. Но и, конечно же, к итогам года правильно было бы отнести и то, что совет директоров в этом году одобрил новую стратегию развития «Газпром нефти» до 2030 года.

По поводу стратегии развития. В ноябре совет директоров «Газпром нефти» ее утвердил. На каких принципах она базируется, какие цели ставит, и как вы этих целей будете достигать?

В стратегии 2030 преобладают качественные цели, это ее отличие предыдущего документа, который базировался на количественных показателях. Например, в стратегии 2020 одной из основных целей было увеличение объёмов добычи до 100 миллионов тонн нефтяного эквивалента в год для того, чтобы мы могли войти в высшую лигу крупных нефтяных компаний. Мы с этой задаче справились. Новая стратегия всё-таки про более качественные цели, про позиционирование компании. К новым стратегическим целям можно отнести то, что мы хотим стать компанией, которая была эталоном, ориентиром, бенчмарком в таких направлениях деятельности, как производственная безопасность, эффективность, технологичность. Мы хотим быть среди лидеров по возврату на вложенный капитал.

Если говорить по объему добычи, то в данной стратегии нет каких-то точных абсолютных цифр, например, 150 или 200 млн тонн в год. Дело в том, что мы живем в рынке, который крайне непредсказуем. В среднесрочной и долгосрочной перспективе сложно спрогнозировать спрос, цены, поэтому мы ставим перед собой задачу расти, но расти быстрее рынка, опережающими темпами. В любом случае это будет стратегия роста, стратегия развития и стратегия качественных изменений.

Для того чтобы эту стратегию выполнить, нами разработана инвестиционная программа, есть ключевые инвестиционные проекты, которые мы планируем реализовать. Одним из важных направлений этой стратегии является наше технологическое развитие. Мы делаем ставку на разработку новых технологий, создание нового оборудования и новых программных комплексов, которые позволят нам, с одной стороны, повысить эффективность работы на наших зрелых, традиционных месторождениях, а с другой, ввести в разработку и начать освоение уже новых классов запасов.

Безусловно, очень важным условием реализации новой стратегии станет трансформация нашей компании — организационная, операционная, культурная и цифровая.

Недавно страны ОПЕК+ договорились о новой сделке по сокращению уровня добычи нефти. По-вашему, насколько правильно было это решение, и как оно скажется на работе «Газпром нефти»?

Учитывая ситуацию на нефтяном рынке, которая сложилась в конце этого года, то, безусловно, требуется балансировка. Для балансировки рынка необходимо некоторое снижение объемов добычи, поэтому новая сделка является абсолютно правильным решением. Если говорить о компании «Газпром нефть», то новое соглашение никак не повлияет на наши стратегические планы и стратегические цели. Мы также не собираемся пересматривать нашу инвестиционную программу на следующий год. Может быть, некоторой корректировке подвернется производственный план добычи в девятнадцатом году. Но при этом мы всё-таки надеемся на то, что мы добудем нефти больше, чем в 2018 году, поскольку ожидаем восстановления и сезонного роста спроса во втором квартале.

При этом мы видим очень сильную волатильность цен на нефть. Совсем недавно было 80 долларов за баррель, сейчас 50 долларов за баррель, очень резко цены меняются. Как это сказывается на работе «Газпром нефти», и на какую цену вы ориентируетесь в своём бизнес-плане на следующий год?

Конечно же, в своей работы мы учитываем эту волатильную ситуацию на рынке. В ней нет ничего хорошего ни для производителей, ни для потребителей. Но к сожалению, в последние годы такая высокая волатильность привычна для рынка. В этих условиях мы достаточно осторожно и очень консервативно подходим к принятию наших инвестиционных решений, а также к бизнес-планированию. В 2019 году при принятии инвестиционных решений мы будем ориентироваться на цену в 50 долларов за баррель. При этом все инвестпроекты и бизнес-план мы тестируем и на более низкие цены. Мы стремимся к тому, чтобы наш портфель инвестиционных проектов был максимально гибким для того, чтобы оперативно вносить коррективы в нашу инвестиционную программу. В целом же, наши инвестиционные проекты в добыче устойчивы к низким ценам.

Если говорить об импортозамещении, у вас есть крупный проект создания производства катализаторов для нефтепереработки в Омске. Что это за проект, в какой он стадии, и, главное, каких результатов вы хотите добиться, когда он будет запущен?

Статус национального показывает насколько важен этот проект для отечественной нефтепереработки. Будущее предприятие призвано обеспечить российский рынок высокоэффективными катализаторами отечественного производства.

Что касается реализации проекта, то на данный момент завершена разработка рабочей документации, есть разрешение «Главгосэкспертизы». Также произведена закупка основного технологического оборудования для будущего завода, закончен подготовительный этап строительства. В следующем году начнется активная стадия строительно-монтажных работ. Мы планируем, что уже в 2021 году завод будет введен в эксплуатацию.

В этом году, помимо разработки Баженовской свиты, добавились планы по созданию полигона для разработки Ачимовской толщи, создается кластер по освоению древних отложений в Оренбургской области, то есть мы видим, что «Газпром нефть» делает ставку на трудную нефть. Насколько в подобных проектах важна роль господдержки?

В стратегии 2030 освоение трудноизвлекаемых запасов и нетрадиционной нефти является одним из основных и приоритетных направлений. И мы считаем, что это не только задача «Газпром нефти». Это общеотраслевая задача, и для её решения мы должны разработать новые технологии и оборудование. Это сложная задача, но её реализация крайне важна, поскольку запасы трудноизвлекаемой нефти действительно огромны.

Если говорить о подходах, которые мы применяем при разработке технологий и оборудования, то мы пошли по пути создания технологических полигонов с привлечением ВУЗов, инжиниринговых центров, нефтесервисных предприятий, машиностроителей, производителей оборудования, IT-компаний. Как вы знаете, уже создано два технологических полигона для работы с Баженовской свитой и для работы с доюрскими отложениями, это палеозой, это карбонатные коллекторы. Следующим логичным шагом станет создание соответствующих полигонов для отработки технологий по работе с Ачимовскими отложениями и Домаником.

Конечно же, в этом вопросе очень важна роль государства и господдержки. Например, чтобы ввести полноценную работу на технологических полигонах, нам необходим новый вид лицензий, поскольку существующие типы лицензий не позволяют проводить эксперименты и тестировать технологии на этих залежах. Также поддержка со стороны государства необходима нашим партнерам, тем компаниям, которые не обладают финансовым ресурсом и возможностями. Им, безусловно, нужна государственная поддержка в виде специальных инвестиционных контрактов и соглашений, субвенции и финансирования.

Ваша компания серьезно занимается цифровизацией бизнеса. Чего уже удалось добиться в 2018-м «Газпром нефти» как цифровой нефтяной компании? Какие дальнейшие планы?

Цифровая трансформация бизнеса — ключевое направление, которое мы активно развиваем последние несколько лет. До 2018 года это скорее были эксперименты: мы реализовывали многочисленные цифровые проекты, пытались использовать и применять новые инвестиционные цифровые технологии в различных сегментах нашего бизнеса. Успех этих экспериментов, подтверждает гипотезу о том, что цифровые технологии обладают серьезным потенциалом по повышению эффективности компании.

В 2018 году от экспериментов мы перешли к формированию законченного и полноценного видения того, какой должна цифровая нефтяная компания, которую мы строим, каковы должны быть контуры этой цифровой трансформации. В 2018 году мы создали дирекцию по цифровой трансформации. В ближайшее время завершим разработку нашей цифровой стратегии. Мы продолжили развивать наши технологические центры: центр управления добычей, центр управления бурением, центр управления эффективностью. Кроме того, мы создали новые, например, agile-центр, в котором ускоренно разрабатываются различные цифровые решения для наших клиентов сети АЗС. Недавно открыли центр по управлению проектами. Создали центры компетенций, которые уже работают с конкретными технологиями: с виртуальной реальностью, дополненной реальностью, с блокчейном, с искусственным интеллектом, машинным обучением, видеоаналитикой и др. Мы продолжаем тестировать и апробировать различные технологии в секторах нашего бизнеса. В этом году было закончено порядка 60 НИОКРов, подтверждающие эффективность тех или иных технологий. В целом же сейчас в нашем цифровом портфеле свыше 500 проектов, которые мы планируем выполнить в ближайшие год-полтора.