Интервью с вице-президентом "Сибнефти" Александром Корсиком

"Сибирская Нефть", № 11 (28), декабрь 2005
"Уровень добычи - не самоцель"


Первый вице-президент "Сибнефти" Александр Корсик ответил на вопросы корпоративных СМИ "Газпрома" и "Сибнефти".


- Сейчас много говорят о падении темпов роста нефтедобычи. Как руководство "Сибнефти" планировало добычу? Существовала ли стратегия резкого роста добычи и что предполагалось в дальнейшем?

- Система планирования простая и одновременно сложная. Сначала планируется производственная программа - это все то, что можно сделать на месторождениях в принципе исходя из того, что мы знаем о месторождениях, исходя из планов разработки, наличия инфраструктуры, достаточного количества сервисных подрядчиков и так далее. Все мероприятия оцениваются с точки зрения экономической эффективности - период возврата инвестиций, доходность и прочее. Если мероприятие не проходит через критерии экономической эффективности, оно отменяется. Все, что остается после этого фильтра, представляет собой производственную программу, которая дает определенный уровень добычи.

Естественно, производственная программа требует определенного финансирования. Поэтому нужно смотреть, есть ли достаточное количество денег. Если в 1998-2000 годах были некоторые сокращения капитальных вложений, поскольку не хватало денежного потока компании, то начиная с 2001 года мы имели столько денег для капвложений, сколько было нужно. Фактически производственная программа и уровень добычи - это функция того, что мы можем сделать с точки зрения экономической эффективности, и все. То есть не было задачи поднимать добычу, не было советского подхода с регулярным двух-трехпроцентным ростом. Компания существует не для того, чтобы наращивать или снижать добычу, а для того, чтобы производить деньги для акционеров.

- Сейчас звучат заявления о том, что по итогам года и в ближайшей перспективе добыча будет снижаться.

- На тех активах, которые есть, это произойдет, поскольку они уже прошли свой пик добычи. Вы сами понимаете, что больше ста процентов нефти, находящейся в земле, добыть нельзя. Есть два-три способа поддерживать и увеличивать добычу. Первый способ - увеличение коэффициента нефтеотдачи, чем мы, собственно говоря, и занимаемся. В России сегодня он составляет примерно 30 процентов, в Америке - 45, у нас в компании - примерно 33 процента. К 2020 году мы поставили себе задачу достичь сорокапроцентного уровня. Теоретически можно извлечь и больше. Например, норвежцы в Северном море извлекают до 65 процентов нефти.

Второй способ - приобретение новых активов. Мы этим тоже занимаемся, но покупаем не безоглядно, а исходя из того, что эти активы должны возвращать деньги. Нет смысла покупать активы просто для того, чтобы поддерживать добычу. В любом случае такие мыльные пузыри лопаются в самый неподходящий для всех момент, при падении цен на нефть. Если цены упадут, некоторые компании в России будут на грани разорения, потому что они безоглядно покупают активы, которые никогда не вернут затраченных на них денег.

- За счет чего еще можно поддерживать добычу?

- У "Газпрома" огромное количество резервов. Александр Рязанов уже неоднократно говорил, что на одно и то же количество запасов нефти у "Сибнефти" и "Газпрома" "Сибнефть" добывает 33-34 миллиона тонн, а "Газпром" - 1 миллион. То есть теоретически, хотя так судить, конечно, трудно, добычу "Газпрома" можно повысить раз в тридцать. Это тоже способ движения вперед. Но, опять-таки, уровень добычи никогда не являлся самоцелью и, я считаю, не должен являться. Активы у нас разной степени зрелости, на молодых активах добычу можно поднимать, на старых ее можно поддерживать, сдерживать темп падения. Самоцель - не тонны, а деньги. Если ставить самоцелью тонны, наша страна будет там, где она недавно была.

Внутренняя привлекательность

- Поскольку российские требования к качеству бензина существенно ниже европейских, одни российские компании занимаются модернизацией своих НПЗ, другие считают, что могут этого и не делать. Как "Сибнефть" видит свою стратегию в этом направлении?

- Уже есть достаточно четкий план по внедрению европейских стандартов качества топлива в России. Модернизацию Омского нефтезавода мы выстраиваем в соответствии с этими стандартами. Есть два критерия модернизации. Первый - спрос на нефтепродукты, второй - соответствие тем стандартам, которые будут вводиться в нашей стране. Иметь нефтеперерабатывающий завод, который бы являлся произведением искусства и производил что-то сверхъестественное, нам не нужно. Это стоит больших денег, а если мы не сможем продать эти продукты, такая модернизация не имеет экономического смысла. Подход рациональный - спрос плюс стандарты.

Что касается плана модернизации Омского нефтезавода - он существует давно и меняется в соответствии с новыми условиями. Сейчас план рассчитан до 2010 года. Мы хотим рассчитать его до 2020-2025 года. Мы постоянно вводим новые установки, это процесс длительный, большие деньги, поэтому все нужно планировать заранее. Но модернизация идет постоянно - могу вас в этом уверить.

- Не так давно в нефтяной сфере шли разговоры о невысокой привлекательности внутреннего рынка. Говорили о том, что выгоднее экспортировать нефть. Сейчас цены на внутреннем рынке растут. Как вы считаете, выросла ли в связи с этим привлекательность российского рынка для нефтетрейдеров?

- Очевидно, что мы не можем экспортировать нефти больше, чем позволяет пропускная способность трубопроводов. Грубо говоря, это 40 процентов добычи, остальное все равно продается на внутреннем рынке. Кто-то продает эти 60 процентов в виде сырой нефти, кто-то, как мы, - в виде нефтепродуктов. У рынка есть колебания - в какие-то моменты гораздо привлекательнее экспорт. На сегодня порой работа на внутреннем рынке даже выгоднее, чем экспорт. Внутренний рынок для нас будет существовать всегда. Он может быть более или менее выгоден, но мы с него уйти не можем, потому что потом на него не придешь. Надо завоевывать позиции на внутреннем рынке, его надо держать, контролировать за счет большей эффективности, развития сетей заправочных станций, определенного набора нефтепродуктов.

Сибирь - не самый лучший регион для потребления нефтепродуктов, и тем не менее с Омского нефтезавода, который находится в Сибири, мы достигаем территории европейской части России, несмотря на высокие транспортные затраты, потому что затраты на переработку и добычу у нас ниже, чем у других компаний.

Туда, где потребитель

- Есть ли приоритетные для "Сибнефти" регионы с точки зрения развития сети АЗС?

- Конечно, в первую очередь это Москва и Санкт-Петербург, где наиболее высоки спрос и покупательная способность населения. Но мы смотрим на самые разные города.

Я бы не стал рассматривать заправки в приложении к регионам. Заправка - это магазин, способ дойти до конечного потребителя. Регион не имеет принципиального значения, коль скоро есть потребитель, который готов платить. Если мы сможем построить несколько заправок в регионе, где мы вообще еще не работали, и там будет продаваться наше топливо, это хорошо.

Москва, конечно, интереснее, но она уже переполнена заправками. Тут мало простора для маневра, сложно получить места под строительство АЗС, жесткая конкуренция. Поэтому рассчитывать на то, что мы захватим большую часть московского рынка, не приходится. Мы имеем достаточно серьезную долю московского рынка. Но есть места еще неосвоенные, и пропустить их мы, конечно, не можем.

- Будут ли и дальше стремительно расти внутренние цены на топливо? Можете ли вы дать прогноз?

- Я бы не взялся давать такой прогноз. Ведь стоимость нефтепродуктов определяется рядом факторов, в первую очередь спросом. В нормальной рыночной экономике со снижением спроса перестают идти вверх цены. Потребление топлива в России увеличивается, несмотря на рост цен на него. Это говорит о том, что владелец автомобиля считает стоимость бензина адекватной и не спешит пересаживаться на общественный транспорт.

Понятно, что государство стремится снизить инфляцию. Но оно вряд ли добьется поставленных целей путем введения ограничений на топливном рынке. Не забывайте, ведь есть еще внешний рынок, и компании начнут увеличивать экспорт. В конечном счете запреты могут заставить нефтяников снизить добычу, а это невыгодно никому. Поэтому я противник каких-то жестких регулирующих мер.

Лучшая компания

- Сейчас, когда сделка по покупке акций "Сибнефти" "Газпромом" уже является свершившимся фактом, многих наших читателей волнует вопрос, как изменится компания, его стратегия, характер, если можно так сказать. Что вы думаете по этому поводу?

- Стратегия всегда является главным образом прерогативой акционеров. Если вас интересует мой взгляд, то он будет субъективным. Я восемь лет работаю в "Сибнефти".

Я прекрасно помню времена 1998-2000 годов, когда было безумно тяжело. Но, с другой стороны, эти времена были и самыми лучшими, потому что они давали максимальную отдачу.

Я считаю, что "Сибнефть" - лучшая российская нефтяная компания, поэтому я бы в ней ничего принципиального никогда не менял. Но это моя позиция - я могу быть необъективным, потому что многое здесь создавал своими руками, потому что просто горжусь этой компанией, ее культурой, ее сотрудниками. Что решит акционер, я не знаю. Я могу сказать, что делал бы на месте акционера - все ноу-хау "Сибнефти", технологические возможности, высококвалифицированный персонал использовал бы для того, чтобы добывать нефть "Газпрома".

Алексей ВЕРЕВКИН