Интервью с президентом Сибнефти Евгением Швидлером,

- На фондовом рынке Сибнефть оценивается примерно в 1,5 млрд долл., а ЛУКОЙЛ, ЮКОС и Сургутнефтегаз -- в несколько раз больше. В чем причина такого разрыва и есть ли перспективы роста?

- Причина разрыва в абсолютных цифрах элементарная. Эти компании просто больше по размеру, добывают больше нефти, чем мы. В пересчете рыночной стоимости на тонну запасов или тонну добычи разрыва нет, скорее, наоборот, Сибнефть оценивается рынком высоко. Просто все российские компании сейчас недооценены. Есть ли шанс у Сибнефти сильно подорожать? Я думаю, что уже в этом году это случится, как и у всех остальных. Компании начали платить дивиденды, и это сильно повлияет на их оценку.

- Многие -- ЛУКОЙЛ, ЮКОС, Сургутнефтегаз -- уже объявили размеры дивидендов, а резкого скачка не произошло.

- Сургутнефтегаз -- это негативный пример. Все знают, что у них большой кэш и их дивиденды совершенно не соответствуют ожиданиям. И я говорю о результатах не 2000-го, а 2001 года. Мне кажется, в ЮКОСе, ТНК, Сибнефти и ЛУКОЙЛе будет примерно одинаковая картина, и это должно поднять рынок.

- ЛУКОЙЛ заявил, что ожидает снижения прибыли в этом году на 20--30% из-за падения мировых цен на нефть. А Сибнефть?

- У нас нет такого прогноза, но и опровергать тоже не будем. Еще полгода не прошло, чтобы что-то обсуждать. Реально я не могу смотреть так далеко. Даже если цена на нефть немного упадет, крупные нефтяные компании сумеют продемонстрировать финансовые результаты, которые покажут их настоящую стоимость.

- Что может послужить стимулом для роста котировок конкретно Сибнефти?

- Если кто-то продаст большой пакет акций. У Сибнефти помимо необъявленной дивидендной политики, которая на самом деле есть, остался один большой тормоз в цене -- отсутствие ликвидности. Реально на рынке обращается меньше 3% акций, а на самом деле -- даже 1%, потому что несколько акционеров владеют по 1% и не хотят их продавать. С такой ликвидностью акции не могут дорого стоить.

- А что может сделать сама компания или ее акционеры для повышения ликвидности?

- Сама компания ничего не может сделать, это дело акционеров. Компания должна быть прозрачной, со всеми рыночными атрибутами. Акционеры могут начать либо понемногу продавать акции, либо -- большими пакетами по 5--10% так называемым стратегическим инвесторам, т.е. другим нефтяным компаниям и людям, которые видят в Сибнефти долгосрочную перспективу, рассчитывают на дивиденды. Это может быть российская или иностранная компания, которая находится в этом бизнесе и понимает его реальную стоимость. План неновый. Все продается, естественно. Вопрос цены.

- Но ведь продажа акций стратегическим инвесторам не позволит увеличить свободный оборот акций?

- Нет. Для портфельных инвесторов картина останется такой же, и на публичную капитализацию компании сделка не повлияет. Она никак не будет привязана к ценам фондового рынка. У нас была цена 1,5 долл. за акцию, а теперь 30--40 центов. По таким ценам никто не хочет продавать.

- Есть ли какие-то разумные пределы размера этого продаваемого пакета, например до 25%?

- Специальных ограничений нет. Стратегических инвесторов может быть несколько. Но у менеджмента должен остаться пакет, который дает контроль над управлением, например 40%. Таких ограничений, как в России прошлой эпохи, когда надо обязательно иметь 75%, уже нет.

- Конкретные переговоры по этому поводу уже идут?

- Нет. Но интерес все время есть.

- Какие рычаги позволят менеджменту сохранить контроль над компанией без контрольного пакета?

- Состав акционеров и большой размер пакета. Все зависит от того, кто акционер. Если есть другая компания, которая считает, что нынешний менеджмент не так уж плох и с ним есть взаимопонимание, то размер пакета играет уже меньшую роль.

- Возможно участие стратегических инвесторов в каких-то совместных проектах?

- Да. В любых. В любое наше месторождение мы зовем партнеров. Вопрос здесь материальный, за какие деньги.

- Наверное, именно этот план и является источником постоянных слухов, что Сибнефть продается?

- Сибнефть всегда продается. Любая компания, которая котируется хотя бы в РТС, уже продается. Еще раз -- вопрос цены.

- Но это не значит, что нынешние акционеры Сибнефти хотят избавиться от этой компании?

- Избавиться ради того, чтобы избавиться?

- Ради того, чтобы получить много денег.

- Ради того, чтобы получить много денег, можно быть готовым на все. Мне так кажется. Любая компания продается. Конечно, в теории.

- Вы сказали, что у Сибнефти есть дивидендная политика, но она не озвучена. Что это за политика?

- Политика платить дивиденды. Но мы не будем говорить, что вот столько-то процентов от прибыли. Я не думаю, что в этом есть большой смысл. Это не гарантирует никому и ничего. Мы обдумываем, как сформулировать свой подход, и в свое время его озвучим. Всегда надо брать в расчет появление неожиданных возможностей. Когда вы уже близки к распределению дивидендов, вдруг открывается новая возможность на рынке. То есть распределять следует то, что мы не в состоянии эффективно вложить.

- Где-то год назад акционеры Сибнефти заявили, что приобрели группу алюминиевых заводов. Теперь куплен ГАЗ, создается компания РусПромАвто. Возникает впечатление, что есть некая финансово-промышленная группа, ее можно охарактеризовать?

- Нет, нельзя. У Сибнефти и у алюминиевых заводов, конечно, есть общие акционеры. Но это ни на что не влияет.

- В России очень много официальных финансово-промышленных групп. А вы свою не хотите как-то формализовать?

- В этом нет необходимости.

- Но это позволяет открыто перекачивать ресурсы из одной отрасли в другую.

- Это конец любого бизнеса -- перекачивание ресурсов. Если один бизнес спонсирует другой бизнес, то все -- конец и тому и другому. Такой у нас простой принцип. В каждой точке акционеры хотят видеть максимум результатов. Кто-то из акционеров может объединить свои пакеты и пытаться дивидендами от этих долей управлять отдельно. Но объединение компаний не имеет никакого смысла. Эти отрасли ничего общего между собой не имеют.