Место под солнцем – Журнал «Сибирская нефть»

Место под солнцем

Текст: Александр Алексеев
Фото: Руслан Шамуков, Михаил Галустов, Антон Жданов

Ближневосточный регион — противоположность нашей Арктики. Условия здесь столь же экстремальны, только с другим знаком. Летом температура в тени доходит до 60 °C (металл на солнце нагревается до 80 градусов). Как и в тундре, сложная для выживания среда с бедной растительностью. Пылевые бури вместо метелей. Обозреватель журнала «Сибирская нефть» отправился в Ирак, чтобы своими глазами увидеть, как компания «Газпром нефть» реализует проект «Бадра»

У России долгая история сотрудничества с Ираком в нефтегазовой сфере. Началось все еще в 1970-х годах, когда Советский Союз участвовал в разработке месторождений в Северной Румейле. Затем советские специалисты, численность которых в Ираке временами достигала 6 тыс. человек, работали на строительстве нефтепровода до порта Фао, на месторождениях Лухейс и Нахр-Умр и на других объектах. Однако в 1990-х войны и экономическое эмбарго прервали сотрудничество на годы.

Для «Газпром нефти» Бадра — первый зарубежный проект такого масштаба. Проект международный, компания выступает в нем в качестве оператора. В консорциум также входят компании KOGAS (Корея), Petronas (Малайзия), TPAO (Турция) и правительство Ирака. Среди крупнейших подрядчиков — китайский ZPEC (бурение), корейский Samsung (строительство газового завода), итальянский Bonatti (техническое обслуживание).

От Багдада до Бадры около 200 км, но дороги в Ираке оставляют желать лучшего, а на пути многочисленные кордоны. В Багдаде, да и в целом в стране, неспокойно. Впрочем, багдадский аэропорт производит впечатление безопасного места. При таких мерах защиты это неудивительно. На обратном пути я насчитал семь разнообразных проверок, которые нужно пройти, прежде чем попасть из города на борт самолета. Говорят, за последние годы здесь многое изменилось: территория благоустраивается, появились деревья и фонтаны, строятся новые современные здания.

Для «Газпром нефти» Бадра — первый зарубежный проект такого масштаба

В аэропорту нас встречает конвой, с которым мы поедем на месторождение. Бронированные автомобили, бронежилеты — непременные атрибуты поездок вне охраняемых зон. Перед посадкой в машины — обязательный инструктаж, как действовать в экстренной ситуации. И вот наконец мы отправляемся в путь.

Шон, один из сопровождающих, рассказывает о том, что в последние годы здесь стало спокойнее. Страна постепенно возвращается к мирной жизни, исчезают бетонные ограждения вдоль дорог, не видно воронок от взрывов и искореженной техники. Шон — шотландец, бывший военный, работает в охранном предприятии в Ираке уже 11 лет. В последние 6 лет применять оружие ему не приходилось.

Бадра — небольшой городок на востоке страны, недалеко от границы с Ираном. Около 4000 лет назад здесь находился шумерский город Дер. В 1980-х разворачивались события ирано-иракской войны. Сейчас же это относительно безопасный, но бедный сельскохозяйственный район. Нефть здесь раньше не добывали, а основным источником дохода для населения была торговля с соседним Ираном и выращивание фиников. Проект «Газпром нефти» стал для Бадры трамплином для нового развития.

Люди

С тех пор как здесь началась реализация проекта «Газпром нефти», Бадра расцвела: многие местные жители получили работу, строятся новые дома. Компания реализует социальные проекты: построены три школы, отремонтирована больница, модернизированы электрические сети.

Население Бадры — 21 тыс. человек, и около 3000, а это треть трудоспособного населения, сегодня так или иначе задействованы в проекте, работают в компаниях подрядчиков и субподрядчиков. Впрочем, большинство из них выполняют наиболее простые виды работ. Одна из серьезных проблем современного Ирака — нехватка квалифицированных кадров. «Годы войн и экономического эмбарго привели к тому, что у местных специалистов сегодня не хватает опыта и образования. Те, кто мог, постарались уехать и пока не спешат возвращаться обратно», — говорит заместитель управляющего директора по корпоративному сервису Gazprom Neft Badra Владимир Дубровский.

С точки зрения климата Ближневосточный регион столь же экстремален, как и Арктика

Между тем одно из условий реализации проекта — рост доли иракских сотрудников. Чтобы решить эту задачу, на базе компании был создан центр подготовки кадров. Сейчас он готовит среднетехнический персонал — операторов для строящегося газового производства.

Али Мухаммед Мефтен — инженер-строитель из Багдада, работает на проекте уже почти 5 лет. Он стал одним из первых иракских инженеров в компании и отвечает за строительство базового лагеря. По его словам, подход к реализации проектов здесь сильно отличается от того, с чем раньше ему приходилось иметь дело в Ираке, а уровень профессионализма команды на порядок выше. Это позволяет успешно решать задачи, несмотря на все сложности ослабленной войнами и санкциями страны, нехватку качественных стройматериалов и проблемных подрядчиков. «Здесь есть люди из разных стран, но между нами прекрасное взаимопонимание. Все работают как единая команда, каждый готов прийти на помощь и предоставить любую необходимую информацию. Такие международные проекты приносят огромную пользу нашей стране, потому что позволяют иракским специалистам получить новый опыт», — считает Али.

Вообще, на проекте трудятся выходцы из более чем 20 стран. Марк Роджерс, начальник службы технического обслуживания, родом из Австралии. Он работал в разных нефтегазовых проектах по всему миру — в том числе во Вьетнаме, Анголе, России, Малайзии, Новой Гвинее. «Работа в Ираке — уникальный опыт, — отмечает он. — Основные сложности связаны с тем, чтобы получить необходимое оборудование или отправить его на ремонт. Часто это приходится делать за границей. На пересылку и оформление уходит много времени, к этому нужно быть готовым». Марк соглашается с тем, что толковых специалистов в Ираке найти непросто, а на обучение уходит много времени, так как их начальная подготовка оставляет желать лучшего. Но люди здесь хотят учиться и развиваться — и это позитивный факт, отмечает он.

Месторождение

Бадра в геологическом отношении — одно из самых сложных месторождений в Ираке. Нефть залегает на больших глубинах — до 5 километров. Коллекторы сложные, карбонатные. Бурить приходится сквозь соляные пласты, избегая тектонических разломов. Пластовое давление очень высокое, к тому же меняется оно неравномерно, из-за чего нужно то повышать, то снова понижать плотность бурового раствора.

Дополнительным фактором стала и государственная граница с Ираном, проходящая поблизости. Она разделила не только страны, но и месторождение. Причем в иранской части разработка также уже началась: пробурено 5 скважин, и эта конкуренция за ресурсы — еще один стимул, заставляющий быть эффективнее.

Как рассказывает Динар Муратшин, менеджер по геологическому контролю за бурением и испытанием скважин, поначалу разведочное бурение шло сложно — медленно и с большим количеством аварий. На одну скважину в среднем уходило больше 400 дней. Для Динара Муратшина, как и для многих других специалистов Бадры, это не первый зарубежный проект. Поработав у мировых лидеров нефтяной отрасли, они принесли на Бадру ценный опыт и передовые стандарты работы. Не обошлось без таких нововведений и в бурении. Кроме того, помогли знания, полученные на курсах MBA в одном из зарубежных вузов, отмечает Динар. В конечном счете работу подрядчика удалось организовать так, чтобы максимально эффективно контролировать процесс бурения и быстро принимать решения, которые позволят избежать аварий и простоев дорогостоящего оборудования. Сегодня по каждой скважине геологи ежедневно составляют подробные отчеты, содержащие всю необходимую для принятия решений информацию. «Мы добились того, чтобы процесс бурения шел гладко, без сбоев, задержек и аврала», — говорит Динар.

Сейчас на бурение скважины уходит менее 240 дней, установленных по плану. Еще две недели выделяется на заканчивание и освоение скважины, месяц — на обвязку. Скважин на Бадре не много — пока только 14, остальные на стадии планирования или одобрения в Министерстве нефти Ирака. Зато каждая из них уникальна, потому что геологические условия здесь очень разные. Карбонатный коллектор потребовал тщательной геологоразведки и моделирования. Однако результат, безусловно, стоил затраченных усилий. Если обычно в карбонатах лишь 20% скважин дают 80% добычи, то на Бадре большинство скважин в итоге дали очень большие дебиты — до 10 тыс. баррелей в сутки.

Завод

Главный проект, который сейчас готовится к сдаче, — газовый завод. Он обеспечит полную утилизацию попутного нефтяного газа Бадры. Это важный объект — не только для месторождения с высоким газовым фактором, но и для энергетики Ирака: газ очень востребован на иракских электростанциях, которые сегодня зачастую вынуждены работать на сырой нефти, а это дорого и неэффективно. Природный газ из Бадры пойдет по трубопроводу на электростанцию Зубайдия, расположенную в 100 км на юго-восток от Багдада, а также обеспечит топливом собственную электростанцию. Кроме того, здесь будет производиться сжиженный углеводородный газ для бытовых нужд (сети газораспределения в Ираке отсутствуют, используется газ в баллонах) и гранулированная сера: нефть Бадры отличается высоким содержанием сероводорода.

Для компании это первый газовый завод такого масштаба, к тому же реализованный в другой стране и в не самых простых условиях, рассказывает Виктор Азовсков, заместитель начальника цеха ППНГ по подготовке газа, проводя экскурсию по заводу. Именно поэтому для него выбирались наиболее надежные, проверенные временем решения. Впрочем, без инноваций не обошлось. К ним, в частности, относится система охлаждения воздуха на входе в турбины электростанции, позволяющая увеличить их КПД, — актуальное решение для жарких регионов, где температура воздуха в летнее время может быть очень высокой. Другое нововведение — магнитные подшипники на детандерах* низкотемпературной сепарации газа, которые позволяют увеличить срок службы трущихся деталей и снизить стоимость обслуживания установок. Новшеством стало также использование теплообменников с водой в системе охлаждения технологического газа.

Производственный комплекс действительно огромен. Во многих случаях здесь использовалось не стандартное, серийное оборудование, а изготовленное по спецификациям завода, рассказывает начальник УКС Вадим Гусамов. Крупногабаритное оборудование доставлялось в основном морем из стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Самое сложное было везти его по иракским дорогам через десятки КПП. Доставка некоторых объектов занимала до трех месяцев.

Освоение Бадры позволило «Газпром нефти» получить бесценный опыт работы в Ближневосточном регионе

Опыт

Еще одна немаловажная особенность современного Ирака состоит в том, что государственная система здесь только формируется. Из-за этого правила игры меняются с завидной регулярностью. Постоянные изменения в законодательстве, новые таможенные требования, чехарда министров — поначалу все это создавало немало сложностей. Со временем появилась привычка многое делать заранее, признается Вадим Гусамов.

Знание особенностей геологии, знакомство с местными подрядчиками, понимание менталитета людей — из этих и множества других элементов складывается тот опыт, который в дальнейшем даст возможность делать другие проекты в регионе еще лучше и эффективнее. Без сомнения, проект «Бадра» стал для «Газпром нефти» успешным выходом на Ближний Восток. За ним последовали проекты в иракском Курдистане. Какая страна дальше — покажет время.

* Детандер (от франц. dе´tendre, «ослаблять») — устройство, преобразующее потенциальную энергию газа в механическую энергию.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ