Знаковое решение — Журнал «Сибирская нефть» — №144 (сентябрь 2017)

Знаковое решение

Эффективное управление портфелем товарных знаков

Текст: Вадим Нюняев
Фото: Андрей Голованов, Иван Дементиевский
Инфографика: Алексей Столяров

Любая крупная компания регулярно сталкивается со спорами об использовании того или иного товарного знака. В России подобные разбирательства, как правило, сразу переходят в судебную плоскость. Однако международная практика чаще склоняется к «мирному урегулированию» и прибегает к соглашению сторон. В «Газпром нефти» уже убедились в оправданности применения такого подхода, позволяющего компании сэкономить существенные средства и перейти от инструментов давления к сотрудничеству

В правовом поле

Сегодня «Газпром нефть» управляет портфолио товарных знаков, состоящим из более чем 1200 обозначений. Их количество увеличивается вместе с расширением географии присутствия компании, выпуском новых продуктов и запуском новых проектов, требующих собственных индивидуализирующих средств. В ходе развития сети АЗС «Газпромнефть» количество товарных знаков увеличилось в несколько раз, выход на рынок смазочных материалов привел к появлению порядка 500 новых обозначений, начало работы на арктическом шельфе и выпуск первого брендированного сорта нефти ARCO, добываемого на Приразломной, расширили географию регистраций компании. Отдельную группу обозначений образуют идентификаторы различных программ «Газпром нефти» в области социальной ответственности, экологической и промышленной безопасности.

При таком количестве обозначений и территорий, на которых они заявляются для регистрации в качестве товарных знаков, нередко возникают спорные ситуации. Лица, которым принадлежат права на ранее зарегистрированные товарные знаки, имеющие сходство с поданными компанией обозначениями, обращаются с возражениями против предоставления последним правовой охраны.

Так, при регистрации «Газпром нефтью» бренда G-Drive поступили возражения от BMW AG. Компания использует товарные знаки, содержащие элемент Drive в наименованиях технических решений: например, iDrive — компьютерная система для контроля над множеством функций автомобиля, MDrive — компьютерная программа для настройки функций автомобиля в соответствии с индивидуальными предпочтениями, система полного привода xDrive, классический задний привод SDrive и ряд других.

Палата по патентным спорам Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) и Арбитражный суд Москвы согласились с доводами «Газпром нефти» о том, что второй элемент Drive в отношении любых товаров и услуг, имеющих отношение к автомобилям, обладает низкой различительной способностью, а основное индивидуализирующее средство в обозначении G-Drive — это элемент «G». Таким образом, смешение сопоставляемых значений исключается. Иск немецкого автопроизводителя был отклонен.

Евгений Ариевич,
к.ю.н., партнер московского офиса «Бейкер и Макензи»:

Практика заключения соглашений о сосуществовании знаков пока для России относительно нова. В стране не так много компаний, идущих на мировую при спорах о регистрации товарных знаков. Это связано не в последнюю очередь со сложностью составления таких соглашений и риском их недостаточной юридической проработки. В то же время компании, уделяющие этому вопросу значительное внимание, получают целый ряд преференций. Это не только экономия средств, но и возможность говорить с партнерами, в том числе зарубежными, на одном языке и находить новые пути для развития.

Между тем вопрос сходства обозначений всегда связан с оценкой их индивидуального восприятия и поэтому всегда субъективен. Правоприменитель, будь то эксперт патентного ведомства или судья, вынужден ставить себя на место потребителя для ответа на вопрос, может ли он принять товары одного производителя за товары другого, может ли у него создаться ложное представление о том, что товары разных производителей происходят из одного источника. Именно поэтому в подобных спорах нередко эксперты и суды по-разному отвечают на один и тот же вопрос. Так, в споре немецкой компании Haribo, производящей широко известных желатиновых «мишек» с середины прошлого века, и не менее известной швейцарской компанией Lindt, производящей рождественских шоколадных медведей, различные суды также неоднократно принимали противоположные решения. Спор длился в общей сложности около четырех лет.

Культура согласия

Разумеется, длительные судебные споры значительно обременяют правообладателей. Во-первых, нужны существенные расходы на подготовку позиции и доказательной базы. А во-вторых, сохраняется ситуация неустойчивости, на языке юристов именуемая правовой неопределенностью, которая снижает инвестиции в любой проект, мешает его реализовывать.

Фактор длительно сохраняющейся неопределенности приводит к тому, что правообладатели в большинстве случаев заинтересованы не в затягивании судебных споров, а в поиске решения, позволяющего его избежать. Очевидный выход из ситуации — достижение владельцами противопоставляемых обозначений договоренности об условиях использования товарных знаков. Cоблюдение условий, с одной стороны, будет соответствовать интересам каждой из сторон, а с другой — не будет чрезмерно ограничивать их возможности.

В наиболее экономически развитых странах, где коммерческий оборот интенсивен и столкновение товарных знаков явление частое, предприниматели, в первую очередь, не оценивают перспективы и издержки разбирательств в патентном ведомстве или суде, а ищут способы разграничить сферы использования обозначений, договориться о конкретных формах их применения для обозначения товаров и услуг, предусмотреть иные условия. Договоренности могут иметь разные формы — в виде простого письма-согласия обладателя прав на ранее зарегистрированный знак, в виде двусторонних или даже многосторонних соглашений. В России практика заключения таких соглашений только складывается.

Договоренности между правообладателями разграничивают сферы использования сторонами обозначений по территориальным, отраслевым, иным признакам, предполагают обязанности сторон воздерживаться от использования обозначения по отношению к конкретным товарам, устанавливают требования к действиям сторон в случае появления препятствий для использования знаков из-за решений патентного органа.

Хотя факт заключения и содержание подобных соглашений редко становятся известны широкому кругу лиц, тем не менее в профессиональном сообществе отмечают, что компании все чаще предпочитают договариваться, нежели затевать судебные споры. Очевидно, что финансовый фактор играет здесь определяющую роль, особенно в случаях, когда компания обладает большим портфелем товарных знаков и часто сталкивается с претензиями других правообладателей: регулярные судебные противостояния могут привести к значительным издержкам. Однако это не единственный мотив для заключения мировых соглашений с оппонентами.

Равноправный диалог

Товарный знак — это не режим монополии на слово, символ, геометрическую фигуру, изображение, звук и прочее. Это средство для обеспечения различия продукции одного участника рынка от продукции другого. Любой товарный знак, в том числе широко известный, пользуется правовой охраной только потому, что он обеспечивает это различие. В отношении обозначения, различительная способность которого неочевидна, требуется доказать то, что она имеется. Например, «Газпром» доказал это в отношении корпоративного синего цвета и зарегистрировал его в качестве товарного знака для ключевых направлений деятельности Группы компаний. Это не означает, что использование такого же цвета для индивидуализации товаров, работ и услуг иных участников рынка отныне запрещено. Права на товарный знак не будут считаться нарушенными, и смешение будет невозможно при использовании других, помимо, собственно, цвета, различительных элементов.

Работа с объектами интеллектуальной собственности в «Газпром нефти»

Инфографика: Алексей Столяров

Обнаруженное сходство товарных знаков — это повод для поиска дополнительных индивидуализирующих средств, и соглашение правообладателей таких знаков может эффективно регулировать их использование. «Условия соглашений о сосуществовании товарных знаков отражают взаимные интересы сторон на различных рынках, планы развития брендов, — подчеркивает руководитель направления интеллектуальной собственности «Газпром нефти» Мария Седова. — Договоренности позволяют без рисков судебных споров это развитие осуществлять, предполагают обязанности сторон воздерживаться от создания препятствий для получения правовой охраны обозначений, предоставлять в патентные ведомства заявления об отсутствии возражений против регистрации товарных знаков, создают возможности для дальнейшего взаимодействия сторон по предмету соглашения и, более того, делают стороны заинтересованными содействовать друг другу, если права какой-либо из сторон будут нарушаться или оспариваться третьими лицами». Соглашение — это не всегда компромисс, считает Мария Седова, напротив, это зачастую дополнительная возможность четко определить границы бренда, усилить его различительную способность в глазах потребителя и получить весомую гарантию мира. Это не уступка и не отказ от прав, а средство увеличения ценности бренда, поскольку исключается ситуация неопределенности, появляются дополнительные договорные инструменты взаимного контроля. В конце концов, это знание оппонента и понимание его интересов, что отнюдь не устраняет добросовестную конкуренцию, а напротив — способствует ей.

1. «Газпром нефть» заключила соглашение с владельцами Радио ENERGY — Group NRJ,
по которому подтвердила отсутствие намерения использовать обозначение G-Energy в отношении услуг средств массовой информации, но сохранила возможность использования любых коммуникаций для продвижения продукции G-Energy

2. Возражения от BMW AG по поводу схожести товарных знаков и бренда G-Drive были отклонены Арбитражным судом Москвы

3. Палата по патентным спорам не нашла сходства до степени смешения обозначений «Лахта Центр»
и ранее зарегистрированных товарных знаков «Лахта», в частности, одно-именных строительных смесей

Так, при регистрации «Газпром нефтью» обозначения G-Energy в европейских странах были получены возражения от компании NRJ Group, управляющей сетью музыкальных радиостанций Радио ENERGY по всему миру, в том числе в России. Во Франции патентное ведомство приняло решение об отказе в регистрации обозначения G-Energy, поддержав довод оппонентов о том, что потребитель может полагать, что масла бренда G-Energy имеют какое-то отношение к NRJ Group.

Учитывая неблагоприятный прогноз в других ведомствах и отсутствие потенциального конкурентного столкновения на медиа-рынке, «Газпром нефть» провела непростые переговоры, добилась отзыва возражений NRJ Group во всех странах и заключила с оппонентами соглашение, по которому компания подтвердила отсутствие намерения использовать обозначение в отношении услуг средств массовой информации, но сохранила возможность использования любых коммуникаций для продвижения продукции G-Energy.

В целом, для любого экономически активного субъекта важно достигнуть соглашения, не прибегая к малопредсказуемым административным процедурам и судебным спорам. «По отсутствию готовности к переговорам можно выявить так называемых «патентных троллей», которые провоцируют спор только в целях создания «жертве» максимальных неудобств, преследуя собственные корыстные цели, — отмечает главный специалист отдела управления брендами Ксения Климина. — В мирном сосуществовании товарных знаков такие недобросовестные лица не заинтересованы». По словам специалиста, «Газпром нефть» проводит политику исключения любых переговоров с такими субъектами, которые, зарегистрировав обозначения только в целях последующего принуждения компаний, вкладывающих значительные средства в развитие новых брендов, к выкупу товарных знаков, самостоятельно их не используют.

При этом с большинством участников рынка, в том числе и в России, компании всегда удается найти взаимно приемлемое решение. Так, например, при регистрации «Газпром нефтью» серии обозначений для обеспечения правовой охраны наименования возводимого компанией Лахта Центра руководитель патентного органа дважды отказывал в утверждении заключения Палаты по патентным спорам, не нашедшей сходства до степени смешения обозначений «Лахта Центр» и ранее зарегистрированных товарных знаков «Лахта». Тем не менее компания подписала соглашения о сосуществовании с владельцами последних — производителем строительных смесей «Лахта», компанией «Растро», и оператором бизнес-центра «Лахта», находящегося в Приморском районе Санкт-Петербурга. Эти правообладатели дали согласие на регистрацию серии обозначений «Лахта Центр» взамен на обязательство «Газпром  нефти» не препятствовать, в свою очередь, использованию ими своих средств индивидуализации. Достижение такого соглашения стало веским доводом для предоставления Роспатентом правовой охраны проекту компании без каких-либо изъятий. Этот пример подтверждает, что равноправный диалог и сотрудничество в любых экономических отношениях всегда оказывается эффективнее, чем принуждение, даже если последнее осуществляется с использованием только правовых инструментов.

Арктическая нефть

При регистрации в качестве товарного знака обозначения ARCO для нефти, добываемой на Приразломной, «Газпром нефть» ожидаемо встретила серьезное противодействие обладателя прав на тождественное обозначение — американской компании Atlantic Richfield Company (ARCO), управляющей сетью из более 1300 АЗС в западной части Соединенных Штатов Америки.

Возражения, заявленные материнской компанией правообладателя — американской Tesoro Corporation в европейских странах, где обозначение оппонентами фактически не использовалось, вынудили «Газпром нефть» заявить требования о прекращении правовой охраны обозначений в связи с неиспользованием не только на территории Европейского союза, но и в Канаде, где компании даже удалось добиться отмены регистраций оппонентов. Такой же результат был бы достигнут и в других странах, но требовал значительных усилий и средств, поэтому в «Газпром нефти» было принято предложение корпорации Tesoro о прекращении спора на условиях снятия всех препятствий для регистрации «Газпром нефтью» обозначения ARCO для сырой нефти во всех странах, за исключением США, где действует сеть одно-именных АЗС. При этом компания приняла на себя обязательства не препятствовать использованию корпорацией тождественного обозначения на территории всех стран мира, за исключением России. Таким образом, сохранив монополию на обозначение в национальных юрисдикциях, стороны договорились о сосуществовании на европейском рынке.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ