«Нам до зарезу нужна нефть» — Журнал «Сибирская нефть» — №154 (сентябрь 2018)

«Нам до зарезу нужна нефть»

История национализации нефтяной промышленности России

Текст: Александр Матвейчук
Фото: ТАСС, РИА «НОВОСТИ»

Брошюра Ленина «Грозящая катастрофа и как с ней бороться» вышла в свет в сентябре 1917 года. В ней вождь мирового пролетариата провозгласил национализацию нефтяной промышленности одной из первейших задач революционно-демократического государства. Уже спустя несколько месяцев советское правительство начало воплощать в жизнь это программное положение проблемным и конфликтным методом проб и ошибок

18 (31) декабря 1917 года председатель Совета народных комиссаров Владимир Ленин принял руководителя Особого совещания по топливу (ОСОТОП) Николая Соловьева и имел беседу по поданной им ранее докладной записке «Об Ухтинском нефтяном месторождении». Здесь же впервые был обозначен и вопрос о проекте национализации нефтяной промышленности. После чего он направил Соловьева к председателю Всероссийского совета народного хозяйства (ВСНХ) Валериану Оболенскому как «знатока нефтяного дела и автора проекта национализации».

В январе 1918 года на заседании Совнаркома был рассмотрен проект декрета о национализации нефтяных промыслов, подготовленный Николаем Соловьевым уже в должности заведующего отделом топлива ВСНХ. Пункты предложенного документа носили общий характер, и руководству ВСНХ было предложено «выработать план национализации нефтяных промыслов и представить в недельный срок в Совнарком». В последующие недели в ВСНХ создавались все новые комиссии, назначались ответственные, однако план национализации все никак не складывался. Между тем перебои в обеспечении промышленности и транспорта страны нефтепродуктами уже начали оказывать влияние на экономику.

Красный бант для Баку

К началу весны 1918 года под контролем советского правительства были сравнительно небольшие объемы нефти и нефтепродуктов, поставляемых из трех регионов: Терской (Грозненские промыслы), Кубанской (Майкопские промыслы) и Уральской (Эмбинские промыслы) областей. Однако основной объем нефтепоставок шел с промыслов, находившихся на территории Апшеронского полуострова и формально не относившихся к Советской России, однако советское правительство было уверено в незыблемости своих позиций здесь. Убеждение основывалось на том, что еще 31 октября (13 ноября) 1917 года Бакинский Совет рабочих, солдатских и матросских депутатов объявил себя «местным правомочным революционным законодательным органом», признавшим над собой власть Совета народных комиссаров. Тогда считалось, что этому примеру вскоре последует и весь Закавказский регион. Однако этого не произошло. 10 (23) февраля 1918 года в Тифлисе прошло первое заседание Закавказского сейма — нового законодательного органа региона. В его состав вошли депутаты, избранные в свое время в состав Всероссийского учредительного собрания от Бакинской, Елизаветпольской, Кутаисской, Тифлисской губерний и Батумской области. Вопрос о правах на каспийскую нефть неоднократно поднимался практически на всех последующих заседаниях Закавказского сейма, ведь, несмотря на тяготы военного времени и послеоктябрьские волнения, в целом в 1917 году на промыслах Апшеронского полуострова было добыто 405,7 млн пудов нефти (77,8% общероссийской нефтедобычи).

Поддерживаемые из Москвы бакинские большевики от прямого бойкота работы сейма перешли к организации протестных митингов. А затем, 30 марта 1918 года, в Баку был создан Комитет революционной обороны Баку во главе со Степаном Шаумяном, объявивший себя высшим военно-политическим органом в городе. На следующий день все нефтепромышленники были собраны в здании Бакинского Совета рабочих, солдатских и матросских депутатов, где им было объявлено требование о продолжении работы промыслов под контролем комитета. В числе прочего они были обязаны внести налог в 50 млн рублей для организации в Баку пролетарских армейских формирований.

В тот же день в Москве В. И. Ленин подписал мандаты членам коллегии отдела топлива ВСНХ 3. Н. Доссеру, С. В. Салько и Ф. Д. Агапову, которые командировались в Баку для установления полного контроля над нефтяной промышленностью с предписанием всем органам советской власти оказывать им полное содействие, всем фирмам и лицам, имеющим отношение к нефтяной промышленности, следовать их указаниям. Посланцы выполнили наказ вождя, и вскоре начались поставки нефти и нефтепродуктов водным транспортом из Баку в Советскую Россию.

22 апреля 1918 года завершилась более чем трехмесячная работа Закавказского сейма. Было принято решение о провозглашении независимой Закавказской демократической федеративной республики (ЗДФР) на территории Бакинской, Тифлисской, Кутаисской, Елизаветпольской губерний и Батумской области. Правительство ЗДФР было негативно настроено в отношении Советской России, и вопрос продолжения поставок бакинской нефти в Советскую Россию оказался под угрозой.

25 апреля 1918 года по предложению большевиков был создан Совет народных комиссаров (СНК) в качестве регионального правительства во главе со Степаном Шаумяном. Новый властный орган заявил о непризнании юрисдикции ЗДФР над территорией Бакинской губернии. 22 мая 1918 года Бакинский Совнарком издал декрет о национализации всех недр земли, занятых в Бакинском районе под разведку и добычу нефти и озокерита и принадлежавших на правах частной собственности отдельным лицам, товариществам и обществам.

Под контролем Главкомнефти

К середине мая 1918 года советскому руководству стало ясно, что малочисленный аппарат нефтяной части отдела топлива ВСНХ не может обеспечить контроль за деятельностью частных предприятий нефтяной промышленности и подготовку к их национализации. 17 мая 1918 года на заседании Совнаркома был учрежден Главный нефтяной комитет (Главкомнефть), который получил право на управление нефтяными делами в общероссийском масштабе. Руководителем Главкомнефти был утвержден Николай Соловьев. Учреждение Главкомнефи стало важным этапом на пути огосударствления нефтяной промышленности.

26 мая 1918 года Закавказский сейм, «ввиду того что по вопросу о войне и мире обнаружились коренные расхождения», принял решение о самороспуске. Прекратило свою деятельность и правительство Закавказской демократической федеративной республики. На следующий день, 27 мая 1918 года, было провозглашено создание на территории Бакинской губернии Азербайджанской демократической республики. Правительство возглавил Фатали Хан-Хойский, депутат 2-й Государственной думы, бывший министр юстиции правительства ЗДФР.

Обоснованные опасения за будущность бакинской нефти привели руководство Советской России к решению более активно воздействовать на бакинских большевиков. В день провозглашения Азербайджанской демократической республики нарком по делам национальностей Иосиф Сталин направил в Астрахань радиограмму для последующей передачи председателю Бакинского Совнаркома Степану Шаумяну «об утверждении Совнаркомом национализации нефтяной промышленности». 29 мая 1918 года состоялось заседание Бакинского Совета рабочих, солдатских и матросских депутатов и Совета крестьянских депутатов Бакинского уезда, на котором все, кто голосовал за образование Азербайджанской демократической республики, были объявлены «врагами народа». 1 июня Бакинский Совнарком издал декрет о национализации нефтяной промышленности.

«Декрет о национализации нефтяной промышленности РСФСР» и «Постановление об ответственности кредитных и других учреждений и частных лиц за сохранность находящегося у них имущества национализируемых нефтяных предприятий» были приняты 20 июня 1918 года. В целях сохранения прежнего режима работы предприятий отрасли было установлено, что «впредь до принятия национализируемых предприятий в целом в управление Главным нефтяным комитетом прежние правления названных предприятий обязаны продолжать свою работу в полном объеме, принимая все меры к охране национального достояния и безостановочному ходу операций». Для осуществления контрольных функций Главкомнефть получила право «до полной передачи национализированных предприятий в управление органов советской власти посылать своих комиссаров во все правления нефтяных предприятий, а также во все центры добычи, производства, транспорта и торговли нефтью».

Национализация промышленных предприятий, в том числе и в нефтяной отрасли, имела неоднозначные экономические и политические последствия. По данным промышленной переписи на 31 августа 1918 года, в Советской России из общего количества в 9750 национализированных промышленных предприятий полностью бездействовало 3690, или 37,8%. Работа остальных велась в режиме постоянных и длительных простоев из-за отсутствия сырья и топлива.

На практике реализация положений декрета от 20 июня 1918 года привела к достаточно поспешному и неэффективному слиянию в единое целое на территории Советской России различных активов частных нефтепромышленных предприятий на базе имевшихся крупнейших монополистических объединений. Структура управления отраслью в результате получилась весьма пестрой, хаотичной и громоздкой.

В число национализированных нефтяных предприятий попала значительная часть фирм с иностранной собственностью, что привело к ухудшению и без того тяжелого внешнеполитического положения Советской России. Иностранные дипломаты выразили протест Наркомату иностранных дел и Совнаркому в связи с принятием декрета, нанесшего убытки иностранным владельцам и акционерам предприятий.

Топливный кризис

К середине 1918 года в условиях Гражданской войны расстановка сил на юге России и в Закавказском регионе складывалась не в пользу большевиков. Летом 1918 года успешное наступление объединенных турецко-азербайджанских воинских формирований и острые противоречия между Бакинским Советом депутатов и Совнаркомом по поводу организации обороны города привели к тому, что 25 июля на заседании Совдепа большинством голосов было принято «решение о приглашении в Баку английского отряда». В ответ на это председатель СНК Степан Шаумян, выступая от имени большевистской фракции, заявил: «Мы снимаем ответственность за преступную политику, которую вы начинаете, и отказываемся от постов народных комиссаров». 1 августа 1918 года вместо ушедшего в полном составе большевистского Совнаркома Бакинский Совет депутатов принимает решение о создании нового исполнительного органа, получившего название Диктатура Центрокаспия. Но уже 15 сентября 1918 года турецко-азербайджанские воинские формирования вошли в город и свергли власть Диктатуры Центрокаспия и Бакинского Совета депутатов. В конце того же месяца в Баку обосновались властные структуры Азербайджанской демократической республики. 7 октября 1918 года новое правительство отменило декрет о национализации нефтяных предприятий на Апшеронском полуострове и возвратило нефтяные промыслы и нефтеперегонные заводы их прежним владельцам.

Потеря бакинской нефти стала серьезным ударом для экономики Советской России. К концу 1918 года Советская Россия имела в наличии всего около 83 тыс. пудов жидкого топлива, а для обеспечения планов 1919 года было необходимо 220 млн пудов: таким образом, топливный дефицит составил 62,2%. Начались активные поиски новых источников горючих ископаемых. В частности, с этой целью 11 декабря 1918 года постановлением ВСНХ был создан Главный комитет по горючим сланцам (Главсланец), который возглавил горный инженер Иван Губкин. Задача нового ведомства заключалась в организации промышленной разведки, разработки и применения горючих сланцев для обеспечения потребностей народного хозяйства.

Члены Реввоенсовета Кавказского фронта
Ивар Смилга (1892–1937) и Григорий Орджоникидзе (1886–1937)

Весь 1919 год в Советской России прошел в условиях жесткой борьбы за топливные ресурсы. Весна и лето 1919 года не принесли значимых улучшений. На 1 ноября в стране оставалось всего 1,7 млн пудов нефти. 8 ноября Совет обороны принял постановление об объявлении призванными на военную службу рабочих и служащих Главного комитета нефтяной промышленности и всех других топливных главков. Через несколько дней Ленин по поручению Политбюро ЦК РКП(б) подготовил циркулярное письмо к партийным организациям «На борьбу с топливным кризисом», где подчеркнул: «Топливный вопрос встал в центре всех остальных вопросов. Топливный кризис надо преодолеть во что бы то ни стало, иначе нельзя решить ни продовольственной задачи, ни военной, ни общехозяйственной».

К декабрю в Советской России насчитывалось 787 складов нефтепродуктов общей емкостью 3,68 млн тонн, однако здесь хранилось всего 0,87 млн тонн нефти и нефтепродуктов. Поэтому и в начале 1920 года топливная проблема по-прежнему оставалась в центре особого внимания руководства Советской России. 17 февраля в телеграмме членам Реввоенсовета Кавказского фронта Ивару Смилге и Григорию Орджоникидзе Ленин писал: «Нам до зарезу нужна нефть. Обдумайте манифест населению, что мы перережем всех, если сожгут и испортят нефть и нефтяные промыслы, и, наоборот, даруем жизнь всем, если Майкоп и особенно Грозный передадут в целости».

Нефть на службе пролетариата

Однако вскоре успехи Красной армии в Закавказье разрешили топливный кризис в Советской России. 27 апреля 1920 года части 11-й армии Кавказского фронта РККА перешли границу Азербайджанской демократической республики и уже на следующий день беспрепятственно вошли в Баку.

С первых дней существования Советского Азербайджана была организована массовая отправка нефти морем в Астрахань. Только с 30 апреля по 2 мая 1920 года, сразу после установления новой власти на Апшеронском полуострове, в РСФСР было отправлено двенадцать наливных судов с 1,3 млн пудов нефти. Уже в конце мая того же года количество поставляемой нефти увеличилось до 15 млн пудов, а в июне — до 21,2 млн пудов нефти и нефтепродуктов.

Провозглашенная Азербайджанская советская социалистическая республика, образованная по типу и подобию РСФСР, недолго оставалась независимой. Уже 30 сентября 1920 года между РСФСР и АзССР был подписан договор о военно-политическом союзе, согласно которому объединились военная организация и военное командование, совнархозы республик, органы снабжения и транспорт, народные комиссариаты финансов, почта и телеграф.

Выступая в декабре 1920 года на VIII Всероссийском съезде Советов, Владимир Ленин с удовлетворением подчеркнул: «Теперь, при громадном энтузиазме, который проявляют рабочие в Азербайджанской республике, при дружественных отношениях, которые у нас установились, при умелых руководителях, данных Совнархозом, дело с нефтью идет хорошо и мы начинаем становиться на собственные ноги...»

В документах архивов Российской Федерации имеются многочисленные факты, свидетельствующие, что «красногвардейская атака на нефтяной капитал» привела к целому ряду негативных последствий для отрасли. Красноречивые показатели итогов огосударствления — статистические данные. Так, по итогам 1920 года суммарный объем нефтедобычи в РСФСР вместе с бакинской нефтью достиг лишь 3 млн 830 тыс. тонн, что составляло 43,7% от одноименного показателя в 1917 году (8 млн 760 тыс. тонн). А уровня добычи нефти в довоенном 1913 году (9 млн 234 тыс. тонн) нефтяной промышленности СССР удалось достичь только через десять лет после национализации — в 1928 году.

К весне 1919 года национализация крупной промышленности в Советской России была практически завершена

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ